Право, мне кажется, я вряд ли смогу рассказать вам что-то новое Если же вы хотите поделиться своими наблюдениями с моей матушкой, то кто я такая, чтобы мешать вам?
Да, я блефовала, но только так у меня оставался шанс убедить его в том, что за моим поведением не кроется ничего тайного
Тар Раян задумчиво прищурился, постукивая пальцами по подлокотнику кресла, затем вдруг встал. Прошелся туда-сюда по комнате, подошел к окну, из которого открывался потрясающий вид на горы, и несколько секунд вглядывался вдаль. Я, внешне расслабленная и максимально собранная на самом деле, сидела в кресле, наблюдая за его маневрами. Словно приняв какое-то решение, учитель стремительно подошел ко мне и, глядя прямо в глаза, произнес:
Я, Раян эр Карнел, клянусь своей силой в том, что не скажу и не сообщу каким-либо иным образом без дозволения тари Ринавейл эр Шатерран то, что она захочет сохранить в тайне.
Я, полностью ошарашенная, смотрела на учителя. Он протянул ко мне руку, на ладони которой плясал крохотный смерч. Значит, мой учитель маг?! О, как интересно! Я была уверена, что об этом мои родители точно ничего не знали, они бы не впустили мага-человека в замок! Значит, теперь у меня есть оружие против него! Хотя оно было мне без надобности: я знала, что клятва, которую он произнес нерушима: если я приму её, он действительно не сможет никому меня выдать под угрозой потери своей магии. Именно так действовали магические клятвы в этом мире. Я накрыла его ладонь своей, чувствуя, как воздух щекочет её снизу:
Я, Ринавейл эр Шатэрран, принимаю клятву!
Поток воздуха вырвался из сложенных ладоней, обвил их, крепко прижимая друг к другу, и через секунду исчез. Клятва была принята.
Несколько секунд мы стояли, пристально глядя друг другу в глаза, затем практически синхронно издали вздох облегчения и обменялись улыбками.
Ну что, тари Ринавейл, теперь вы мне верите? иронично прищурившись, спросил меня учитель.
Зовите меня Рина, хорошо? Естественно, когда рядом нет никого.
Он внимательно посмотрел на меня и внезапно широко и искренне улыбнулся. Эта улыбка изменила его лицо, сделав его моложе и более открытым:
Разумеется, Рина, тогда я Раян, рад познакомиться! Присядем?
По-прежнему улыбаясь, мы разместились в креслах. Надо сказать, кстати, что Раян никогда не вел уроки так, как я привыкла в нашем мире: мне не надо было ничего записывать, только слушать, а он садился рядом со мной или примащивался на краешке стола, и рассказывал свои увлекательные истории.
Ну что, Рина, ты объяснишь мне, что происходит? Я уже понял, что у тебя не самые лучшие отношения с семьей, но зачем скрывать от них правду? Ведь ты гораздо умнее, чем они о тебе думают!
Я сцепила пальцы в замок и опустила голову. Говорить о том, что меня не любят в семье, было больно и почему-то стыдно. Странно, а я думала, на меня это не действует
Меня никто из родичей никогда не любил. Мать потому что не хотела меня рожать и потому что я не могу похвастаться тем, что являюсь идеальной драконицей: красивой и стервозной. Отец, по-моему, вообще не способен кого-то любить, он и женился-то потому, что так положено иметь семью и детей. Впрочем, и мать его тоже не любит, у них просто взаимовыгодный брак. Для брата я не представляю интереса, разве что как будущий объект для скрепления союзов путем моего замужества. Идеальная семья, не так ли?
Я сцепила пальцы в замок и опустила голову. Говорить о том, что меня не любят в семье, было больно и почему-то стыдно. Странно, а я думала, на меня это не действует
Меня никто из родичей никогда не любил. Мать потому что не хотела меня рожать и потому что я не могу похвастаться тем, что являюсь идеальной драконицей: красивой и стервозной. Отец, по-моему, вообще не способен кого-то любить, он и женился-то потому, что так положено иметь семью и детей. Впрочем, и мать его тоже не любит, у них просто взаимовыгодный брак. Для брата я не представляю интереса, разве что как будущий объект для скрепления союзов путем моего замужества. Идеальная семья, не так ли?
Он протянул руку и слегка коснулся своими теплыми пальцами моих ледяных странно, я всегда мерзну, когда волнуюсь:
Я понимал, что у вас все не так гладко, но такого я и вообразить не мог.
Я пожала плечами:
Понимаю. Мне всегда казалось странным, что моя семья драконы. Для них гораздо лучшей стихией был бы лед.
Раян кивнул:
Согласен. И все же если бы твои родные знали, что ты умная и талантливая девушка, они бы относились к тебе лучше, разве нет? А ты это скрываешь, почему?
Я встала и прошлась по комнате, пытаясь движением упорядочить свои мысли, потом резко повернулась к нему:
Понимаешь, для своей семьи я инструмент. Редкий, ценный, возможно даже незаменимый, но инструмент. Поэтому обо мне заботятся так, как заботятся об инструменте. А в остальном Представь себе, твой нож вдруг заговорил с тобой и заявил, что ему не нравится, как ты его используешь. Какова будет твоя реакция?
Раян хмыкнул:
Ну и вопросы ты задаешь! Отложу, и пускай валяется на полке. Возьму другой.
А если другого нет? Есть вот только этот? Допустим, он сделан из редкого металла, которого нигде больше не найдешь?