Всего за 239.9 руб. Купить полную версию
Через час мы похожи на глиняных человечков. За это время мы привыкли к запаху и ловко балансируем в грязи. Со лба капает пот, щекочет нос и заливается в рот, но я помню переносицу Серёги сплёвываю и не утираюсь. В какой-то момент понимаю, что у меня катастрофически расходится ширинка на гуманитарных джинсах, но вскоре забиваю и на это хрен с ней, пускай проветривается.
Девчонки! кричит Серёга. Тяжёлое не таскайте!
Девчонки! кричит Матвей. Найдёте полные бутылки, не выбрасывайте, там вино!
В час мы идём обедать. Полевая кухня расположена неподалёку. Здесь кормят не только потопленцев, но и тех, кто работает на ликвидации последствий: МЧС, милицию, волонтёров. На первое мясной борщ, на второе плов всё потрясающе вкусное. И без жадности свежих овощей: помидоров, огурцов, перца, чеснока. По привычке я думаю, что чеснок есть не стоит от него запах. Потом вспоминаю запах в подвале, и мне становится плевать на всё. С этого дня я ем, как мужик, не задумываясь о том, как выгляжу со стороны.
Впятером вместе с Матвеем мы работали до шести вечера и успели почистить ту самую морскую каюту размером примерно 3х5 метров.
И что, вы совсем бесплатно работаете? дознавался Матвей. Приехали из Москвы, чтобы бесплатно поработать?
Я практически вижу, как этот факт ходит ходуном и не может улечься в его черноволосой голове. Больше всего этот парень похож на прижимистого украинца. Он учится в Новороссийском кадетском казачьем корпусе и к кошевому атаману Серёге мгновенно начинает испытывать положенное субординацией уважение. Возможно, ещё и потому он разрешает нам выбрать бутылочку вина из числа спасённых. Мы с Лоттой взяли мартини, Серёга прихватил коньяк.
А ты бы не поехал нас спасать, если бы что-то произошло в Москве?
Матвей хитро глядит на меня, улыбается и честно отвечает:
Вряд ли.
Дядя Коля выдаёт нам с Лоттой по полотенцу и отправляет в душ. Он знает, как меня зовут, но иногда, в порыве ласки зовёт меня девочкой:
Ты, девочка, в следующий раз надевай штаны поцеломудреннее.
Выясняется, что прокол с ширинкой заметили все, но интеллигентно молчали.
Приехала бабушка Матвея, накормила нас арбузом и отвезла на своей машине в лагерь. Вещи и инструменты мы оставили на месте, поскольку работы было ещё на день, а то и два.
После прохладного подвала лагерь показался нам адской печкой. На регистрации по-прежнему не хватало людей, но сил не оставалось.
Ужин ещё не приготовили, и мы отправились в магазин. Купили хлеба, плавленого сыра и ледяной воды. Солнце жарило со страшной силой, тень от палатки не спасала. Мы решили поискать пристанища возле грузовиков МЧС.
Куда идём? наперерез двинулся мужчина в форме.
В тень! простонали мы, падая возле КАМАЗа.
Мужчина захохотал и, заметив запотевшую полторашку, попросил попить.
Невесть откуда набежавшие МЧСовцы молодые здоровые парни так упорно пытались нас накормить и развлечь, что пришлось спасаться бегством.
Как же нагло пялятся! негодовала Лотта. Так бы и треснула по морде.
Да будет вам! засмеялась я. Ловите кайф! Когда мы ещё в такой малинник угодим!
Когда стемнело, мы собрались для распития дневной добычи. Кирюху, ввиду его откровений про кашу и велик, решили не брать чтоб совсем не свихнулся.
Суровый питерский казак Серёга глядел на меня влюблёнными глазами, звал замуж и обещал, что я очень понравлюсь его маме.
Из тебя, говорил он мне, вышла бы хорошая казачка. Взгляд у тебя чистый и прямой. Я днём заметил, как ты радуешься каким-то очень простым вещам. Я буду звать тебя Даурией.
Я поперхнулась и захохотала. Серёга озадачился и ухаживания приостановил.
Там, где мы сегодня работали ещё не самое худшее. Их не сильно затопило. Сейчас многие в таком положении. Меньше метра вообще не считаются пострадавшими им даже компенсацию отказываются платить. Да и вообще хорошо, если сами выжили. Волна-то какая была, людей уносило. А про домашних животных и говорить не стоит. Вот так, будешь спать, а на тебя воду спустят
Я представляю себе свой дом, свой личный подвал, погребённый под слоем муляки, и мне хочется плакать. Даже если это просто подвал в нём мои вещи, которые я собирала, может быть, всю жизнь. А какая-то сволочь взяла и лишила меня моих воспоминаний и даже не извинилась. С этого дня в мой лексикон прочно вошла фраза «ёбаный стыд».
На следующий день Надя хотела отправить нас в другую бригаду.
Но я вас отстоял. Как таких девчонок отпускать вы десятерых парней стоите! заявил Серёга.
Из этого я сделала вывод, что за ночь алкоголь из Серёги выветрился, а влюблённость нет. Накануне он пытался меня поцеловать, и теперь глядеть мне на него было не слишком приятно. Но работали мы по-прежнему на славу к вечеру расчистили две оставшихся комнаты. Муляка не давала нам передышки. Стоило расчистить коридор, как через полчаса он снова превращался в расхлябанную дорогу. Грязь на сапогах уже не вызывала раздражения. Привыкли.
В тот день к нам присоединились два странных субъекта из Анапы. Перекур они объявляли через каждые двадцать минут, обедали два часа, один раз бросили бревно мне на ногу и вообще вели себя кое-как. Ближе к вечеру, когда оставалось всего ничего работы, а они снова потребовали перекура, мы с Лоттой не выдержали и объявили, что не выйдем курить, пока не закончим работу, а они там пускай хоть укурятся. Достать нас из подвала удалось только дяде Коле.