Если б только ее, Шу и не возражала. Но из-за ее ненависти они с Каетано заперты в крепости Сойки. Спрятаны от мира и от возможных убийц.
Она искоса посмотрела на Кая: он читал, хмуря брови и сжав губы. Такой красивый, такой родной, что сердце щемило от нежности.
Отец писал, что Кай обязательно вернется в Суард и станет полноправным наследником, а затем и королем. О том, что Валанта не примет у себя и не поддержит в Совете Семи Корон новый закон о престолонаследии, а по старому наследником может быть лишь одаренный шер. Слава Сестре, от матери Каетано досталась капля драконьей крови.
Об их с Каем матери, королеве Зефриде, Шу не знала почти ничего. В памяти осталось лишь что-то теплое, родное и бесконечно любимое, пахнущее лавандой и хмирским чаем. А в шкатулке медальон с портретом. На портрете Зефрида была юной, прекрасной и нежной, как сказочная принцесса. Шуалейда совсем на нее не походила, только на отца. Вот Каетано походил. Более мягкими и изящными чертами лица, улыбкой и ямочками на щеках. И за это сходство Шу любила брата еще сильнее.
Больше Шу ничего от матери не досталось ни дневников, ни рукоделия, ни платьев. Украшения и те хранились в королевской сокровищнице и дожидались ее совершеннолетия.
Но главное у Шу не было информации, не считая короткой официальной версии: король овдовел, влюбился во фрейлину своей покойной супруги, женился и был счастлив. Целых пять лет. За это время королева Зефрида родила ему троих детей. Первый сын родился одаренным, но прожил всего неделю. Второй была Шу, третьим Каетано. А потом королева умерла. Как-то вдруг, непонятно почему.
Из газет выходило, что смерть обеих королев подозрительна, все покрыто мраком ужасной тайны и никто ничего толком не знает, но определенно во всем виноваты темные шеры, а если нет темных то сумрачные, что еще подозрительнее, чем темные.
Еще целый год, хмуро сказал Каетано, невидяще глядя в прочитанное письмо.
И замолчал.
Видеть Кая хмурым и отстраненным было больно и неправильно. Они всегда, с самого его рождения были вместе, почти одним целым. А сейчас он усомнился в ней. Допустил, что замужество и трон могут оказаться для нее важнее, чем единственный брат.
Кай, позвала она брата.
Ты хочешь замуж за его высочество? не глядя на нее, отозвался он.
Нет. Я вообще не хочу замуж.
Ты могла бы стать императрицей.
И рисковать тобой? Ты же это не всерьез, Кай! Никакой принц того не стоит.
А вдруг увидишь и влюбишься? Станешь глупой влюбленной куропаткой.
Ко-ко-ко, поддразнила его Шу.
Кай улыбнулся, прижался к ней плечом. Так, как привык. И протянул письмо Шу, чтобы она его убрала. Его дара было недостаточно, чтобы переместить письмо в комнату, а у Шу это получалось проще, чем чихнуть. Все же Двуединые несправедливы. Могли же одарить их с братом поровну!
Пусть лучше он влюбится в тебя, Шу. Наверняка влюбится, ты же красивая.
Вы с Медным сговорились.
Вот, и Медный со мной согласен. Ты самая красивая принцесса на свете! А кто не согласен тот обед. Р-ры! изобразил он голодную Морковку.
Шу рассмеялась. Наконец-то Каетано стал похож на самого себя! Смеется, радуется жизни и не мучается тем, чего не может изменить прямо сейчас. Он истинно светлый шер, предпочитает действовать, а не ныть. И Шу тоже не будет ныть. Они с Каем обязательно что-нибудь придумают. Вместе. А пока
Кстати, завтра я отправляюсь с Медным в поход.
Ого! Привези мне парочку зургов!
Говорят, у них зубы, как у той мурены, кивнула Шу вниз, на просвеченное солнцем бирюзовое море.
Там, между скал, ходила огромная хищная рыбина.
Большая Каетано прищурился, разглядывая будущую добычу, и позвал: Морковка, хватит спать. Там рыбка. Вкусная, большая рыбка. Хочешь?
Рысь тут же вскочила и просунула морду между Каем и Шу, посмотрела вниз, на море и скалы локтях этак в ста внизу. А потом на Кая, очень обиженно, и облизнулась. Мол, рыбка-то вкусная, но далеко! И мокро!
Ладно, уговорила. Шу потрепала рысь по мохнатой морде. Будет тебе рыбка.
Э-ге-гей, зурги, берегитесь! К вам идет сама Хозяйка Ветров! завопил Кай, вскакивая на ноги.
Э-ге-гей! еще громче брата крикнула Шу, тоже вскочила
И прыгнула вниз. Сначала она просто падала, раскинув руки наподобие крыльев, а потом поймала воздушные потоки и замедлилась, перевернулась в воздухе. Дальше она летела спиной вниз, чтобы видеть прыжок Кая. Он сиганул с башни через пару мгновений после нее, так же раскинул руки
Они вошли в воду одновременно. Не под самой башней, а в сотне локтей дальше, где в просвеченных солнцем коралловых зарослях сновали разноцветные рыбы. И несколько минут плавали под водой, ища ту большую мурену. Поймали ее, вместе вышвырнули на берег, для Морковки. А потом со смехом принялись плескаться, брызгаться и гоняться друг за другом.
И лишь когда они с Каетано вылезли на берег, отряхиваясь и отфыркиваясь, Шу подумала: может быть, они зря плохо думают о его высочестве Люкресе, и ему нужна одаренная супруга, а не корона Валанты? А даже если и корона
Я знаю, что делать, опередил ее всего на мгновение Каетано.
Ты думаешь о том же, о чем и я?..
Кай улыбнулся ей ничуть не хуже, чем улыбалась мурена. И у Шу наконец-то отлегло: они справятся. Что бы ни случилось, кто бы им ни угрожал, вместе они справятся с чем угодно. Даже с императорской волей, ширхаб ее нюхай.