Хотя с возрастом Ирина вполне могла на пару лет туда-сюда и ошибаться. Люди разные, кто следит за собой, кто не следит
Так, ребят, знакомьтесь. Это наш новый стажер. Ирина
Просто Ирина, пискнула как дура Ирина и сама смутилась.
Просто Ирина. А это наши сотрудники. Коля, он же Николай Иванович Рябов, кивок на «Иванушку», Сеня, или Семен Игоревич Живцов, на этот раз идет кивок в сторону очкарика, Саша, Александр Сергеевич Волынский. «Сорока». Меня можешь называть просто Петрович. Вопросы есть?
Никак нет.
Вот и отлично.
Иван Петрович опустился на свой стул. Ирина так и осталась стоять посреди кабинета.
Проверка?
Ну-ну
Вот кто бы сомневался, первым разговор начал Саня. Ирина от него так и так ничего хорошего не ждала.
Ирочка, скажите, а вы везде рыжая?
Нет. В некоторых случаях я розовая, без тени смущения отозвалась Ирина. Что-то еще узнать хотите?
Саня хмыкнул, но не отступил.
Да. Размер бюстгальтера?
Думаю, у вас окружность груди не меньше ста сантиметров, пожала плечами Ирина. Берите пятерку, не ошибетесь. Если что ваты подложите.
Своего рода ритуал. Обижаться на такое крепко не уважать себя. Поддаваться тем более не уважать.
Если ты женщина. Если ты пришла на мужскую работу и в мужской коллектив. Если ты хочешь стать своей и остаться на этом месте.
Правило простое всегда держать лицо. И никогда ничего не принимать близко к сердцу. А то ведь хуже будет.
Их четверо, она одна, дай только малейшую слабину, только прогнись и никогда «своей не станешь». Максимум комнатной геранью, украшением подоконника. Или того хуже, начнутся в коллективе «собачьи свадьбы», видели мы такие.
Нет уж. На работе можно быть только «своим парнем», во всяком случае для Ирины. А значит, держать лицо до последнего.
Так что Ирина мило улыбалась, не показывая тревоги или злости. Подумаешь, бюстгальтер. Она бы и на что-то похлеще не среагировала.
Сань, успокойся, махнул рукой Петрович. Ириш, мы тут без чинов, так что садись сюда и рассказывай.
Сань, успокойся, махнул рукой Петрович. Ириш, мы тут без чинов, так что садись сюда и рассказывай.
О чем? послушно опустилась на указанный стул Ирина.
Кто, откуда, какими судьбами
Стажер. Из университета. Потом учебка, потом сюда попала, Ирина отвечала спокойно и равнодушно. Вот так сложилось.
Юридический заканчивала?
Ага.
А что в адвокаты не пошла? В конторку какую? Это уже блондинчик Сеня.
Причина была, и веская. И переводиться в другой город с потерей курса, и идти в участковые, но не озвучивать же ее здесь и сейчас?
Ирина пожала плечами.
Адвокатом меня не возьмут, знакомств нет, практики нет, денег нет. Бумажки перекладывать? Без варианта карьерного роста?
А то здесь у тебя есть возможность вырасти, скривился Саня. Так до смерти участковым и проходишь, как Петрович.
Ирина пожала плечами еще раз.
Кто ж его знает. А вдруг я преступление века раскрою? Или супершпиона поймаю?
Детективов начиталась, что ли? Там, где блондинка и Джеймс Бонд? продолжал издеваться Саня.
Кино насмотрелась, парировала Ирина, понимая, что вот этому спуска давать нельзя. Ибо не фиг! А в блондинку перекраситься можно в любой момент, только вот шпиёна найду. Американского.
Чего сразу американского?
Да я непривередливая. Хоть бы и конголезского Ирина улыбалась, всем видом показывая, что происходит дружеская пикировка. Вот как только, так и сразу.
Шпионы, это хорошо. Ир, а у тебя ничего попроще нет? Петрович смотрел на юбку и туфельки взглядом инквизитора.
Форма же
Ты на каблуках весь день побегаешь все проклянешь.
В этом была истина.
А если брюки?
И удобная обувь, понятно?
Ирина кивнула.
С завтрашнего дня переоденусь.
Музыку принести? Саня, Саня, ну что ж ты трещишь, как жир на сковородке?
Несите, широким жестом разрешила Ирина. И опять обратила внимание на Петровича.
Ты вообще, местная?
Не-а. Деревня Ледянкино. Информация была далеко не секретной.
Да, деревня. И что?
Не дярёвня же?
Родители, братья, сестры?
Все в наличии. А еще козы, коровы и куры.
Петрович невольно улыбнулся.
В принципе, картина была ясна. Приехала девочка из деревни, поняла, что юристов много, а работы мало, надо как-то в городе зацепиться. Почему бы и не так?
Койку дали, учат, работа будет А там и замуж выскочит, в декрет уйдет.
Ириш, тебе лет сколько?
Двадцать три.
Скоро будет двадцать четыре, но это уже детали.
Парень есть?
Нет.
Выводы Петровича стремительно подтверждались. Ирина понимала, о чем думает мужчина, но не торопилась его разубеждать.
Зачем?
Все в меру, в свое время. А кричать я не такая, вы обо мне неправильно думаете! Найдите занятие глупее! И вообще, первое впечатление от нее не самое плохое, а остальное приложится в ходе работы.
На столе зазвенел телефон. Петрович протянул руку и снял трубку.
Опорный пункт полиции номер четыре. Участковый Куницын слушает.
Из трубки, захлебываясь, рванулся истеричный женский голос. Петрович послушал пару минут, потом вздохнул с таким видом, что Ирине даже стало его жалко.
Хорошо, Марина Ивановна. Сейчас приеду.
Визг продолжился.
Я же сказал. Сейчас буду.
Дослушать пришлось до конца. Еще примерно минут десять, вставляя «да-да», «конечно» и «собираюсь», Петрович изображал мученика телефонного. Потом визг стих, мужчина положил трубку, осторожно, как гранату, и вздохнул.