Кто-то приближался украдкой. Казалось, шаги раздаются из стенного шкафа, который находился рядом с камином.
– О Господи! Лежи тихо! – прошептал мистер Вагглсвик, обжигая дыханием ему лицо.
Джон Крэнбрук почувствовал, что его горло отпустили. Послышался шорох прикроватных занавесей, и он подумал, что Вагглсвик ушел. Молодой джентльмен лежал абсолютно неподвижно и весь в поту. Если Вагглсвик на самом деле был сотрудником уголовной полиции с Боу-стрит, ему, несомненно, следует повиноваться его распоряжениям. Если же он не повинуется, то казалось, что сей таинственный джентльмен без особого труда сумеет успокоить его, доставив несколько очень неприятных минут. Джон лежал так напряженно, что темнота, казалось, давила ему на глаза. Ему по-прежнему было трудно дышать, но все его чувства обострились. Он услышал тихий скрип ключа, который медленно и осторожно поворачивался в замке. Этот звук, несомненно, раздавался из стенного шкафа. Его дверца бесшумно открылась, и Джон увидел на ее месте какие-то проблески света и на их фоне огромную тень. Потом дверца закрылась, и в комнате вновь воцарилась абсолютная темнота.
Скрипнула половая доска. Джон непроизвольно сжал кулаки, но откуда-то из-за занавесей возникла рука и сжала ему плечо, чтобы он продолжал лежать неподвижно.
Кто-то медленно приближался к кровати, дюйм за дюймом. Этот человек знал расположение мебели в комнате, поэтому двигался почти бесшумно. Мистер Крэнбрук почувствовал, как ему на лицо набросили одеяло, закрывая рот и нос. Руки юноши инстинктивно взметнулись вверх, пытаясь схватить нового противника. Однако прежде чем его руки могли поймать запястья невидимого нападающего, одеяло слетело с его лица, и он неожиданно услышал звуки драки. Кто-то испуганно выругался, по полу быстро пробежал человек в носках.
Джон сбросил с себя одеяло и нащупал трутницу, которую обронил на кровать.
– Свеча! Зажгите свечу! – задыхающимся голосом прошептал Вагглсвик.
На пол с грохотом опрокинулся стул. Двое человек, сцепившись, как пара неразлучных друзей, кружили по комнате. Они задели что-то на столике у кровати, и вновь раздался грохот. Наконец мистер Крэнбрук нашел трутницу и дрожащими пальцами высек огонь. В то самое мгновение, когда он зажег свечу, тяжелый глухой звук потряс комнату.
По полу молча катались хозяин гостиницы, мистер Фитон, и Вагглсвик. Они яростно боролись.
Джон Крэнбрук спрыгнул с кровати и бросился на помощь полицейскому. Обращение, которому он подвергся в течение нескольких последних минут, оказалось для него сильным потрясением. У него кружилась голова, да и сильный удар ногой, которой яростно размахивал Фитон, не улучшил его состояния. Владелец «Пеликана» оказался необычайно сильным малым, и несколько минут Вагглсвику с Крэнбруком никак удавалось одолеть его. Наконец Джону удалось схватить одну руку хозяина гостиницы, когда тот пытался выдавить глаз мистеру Вагглсвику, и он изо всех сил вывернул ее. Вагглсвик который в этот момент находился наверху, сумел нанести противнику сильный удар в челюсть. Оглушенный Фитон на миг опустил руки, и полицейский принялся энергично колотить его головой об пол. На несколько минут владелец «Пеликана» потерял сознание, и к тому времени, когда он пришел в себя и мог продолжить борьбу, на руках у него уже были наручники.
– Не спускайте с него глаз, – задыхающимся голосом велел мистер Вагглсвик. Несмотря на то, что ему изрядно досталось от Фитона, он оставался на удивление проворным.