Взрывник задумался. Получается, что он попал совсем не в прошлое, как предположил изначально, а в далекое будущее, где, судя по рассказам, случилась Третья Мировая и наступил Великий Писец на всей Земле. Как цепная реакция раненной планеты изменение климата, затем полная деградация человечества и новая попытка развития на остатках былого величия и знаний. Спустя века погибший мир выполз из пепла и, встав на карачки, наплодил новых существ, подобных этой корове-мутанту. А люди, жившие в мегаполисах, таких, как Москва, Нью-Йорк, Лондон и Токио, спасшиеся во время бомбежки в метро и других подземных укрытиях, со временем превратились в мутантов-каннибалов, скатившись к самому низу интеллекта. Сохранили человеческий род люди из глубинок, дальних деревень, отшельники-староверы и те, кто сумел уйти как можно дальше от зараженных земель. Спустя века язык тоже мутировал и стал помесью привычных для мальчика слов с режущими ухо старыми и совершенно незнакомыми новыми звуковыми образованиями.
М-мда Взрывник потер вспотевший лоб и рассеянно окинул взглядом двор.
Добротный бревенчатый дом, два сарая, овин-сеновал, колодец в дальнем углу и вытоптанный пятак посреди всего этого, и это зажиточные люди по местным меркам Мрак. Спустя две тысячи лет в этой Вселенной даже электричество не придумали, хотя, какое, к черту, электричество, они позабыли все те знания, которые несли в себе их цивилизованные предки.
Товарищ беспардонно прервал полет размышлений младого аналитика.
Тебя долго еще дома-то держать будут? Праздник скоро, ярмарка будет, гулянья. Отпустят родители-то тебя?
Отпустят. Я уже нормально себя чувствую, так что сходим с тобой, поглядим на эти гулянья.
Одна из сестренок наводила порядок во дворе, пока мальчики беседовали, как обычно сидя на ступеньках.
Шел бы ты уже домой, Митек, остановилась она у крыльца с охапкой соломы. Скоро мамка вертается, и всем влетит за то, что ты снова тут ошиваешься, да батька твой, наверно, давно потерял сына-лентяя.
Заботливая сестрица у тебя, Калин, вот если бы яд с языка не капал так густо, то цены бы ей не было.
А ты будто свататься собрался, прицениваешься. Что дела тебе до языка моего? Как хочу, так и капаю.
А может, и собрался. Гляди не прикуси, а то так и отравишься, придется мне на Доньке жениться, а она еще хуже тебя будет.
Тоже мне, женишок сыскался. Мал ты к нам с Доней свататься. Тебе еще три года до обряда, а мы уже в следующем пройдем, насмешливо фыркнула девочка и показала язык претенденту.
Щеки мальчика покраснели то ли от злости, то ли от смущения, или даже от всего вместе взятого. Он опустил голову и посмотрел на Анятку исподлобья, засопел носом.
Иди, иди, женишок, даже каплименту нормально сказать не умеешь.
Больно мне надо еще комплименту тебе говорить, надулся совсем уже разобиженный мальчишка. Ладно, бывайте, махнул он Калину на прощанье и ловко сиганул через забор.
А может, и собрался. Гляди не прикуси, а то так и отравишься, придется мне на Доньке жениться, а она еще хуже тебя будет.
Тоже мне, женишок сыскался. Мал ты к нам с Доней свататься. Тебе еще три года до обряда, а мы уже в следующем пройдем, насмешливо фыркнула девочка и показала язык претенденту.
Щеки мальчика покраснели то ли от злости, то ли от смущения, или даже от всего вместе взятого. Он опустил голову и посмотрел на Анятку исподлобья, засопел носом.
Иди, иди, женишок, даже каплименту нормально сказать не умеешь.
Больно мне надо еще комплименту тебе говорить, надулся совсем уже разобиженный мальчишка. Ладно, бывайте, махнул он Калину на прощанье и ловко сиганул через забор.
Вот чего ему, как человеку, в калитку не ходится, а? Скачет, словно сивуч, по изгородям.
Кто это сивуч? Взрывник впервые тогда услышал это незнакомое, новое для него слово.
Так вон же, усмехнувшись, Анята показала на одного из десятка копошащихся во дворе чешуйчатых мини-птеродактилей, которые явно вышли из мутировавших кур.
Полноценно летать, как птицы, эти «птеродактили» так и не научились, но скакали через двухметровые заборы очень лихо, точно, как Митек. Взрывник хихикнул. Анята, поглядев, на брата тоже захихикала.
Правда, похоже, да? и, не сдержавшись, захохотала во весь голос, заливисто и чисто.
Взрывник тоже рассмеялся. Давно, ох, как давно он так не веселился.
Утро началось еще до рассвета. Мальчика подняли, искупали, причесали и одели во все нарядное, яркое, с вышивкой, и даже сапоги напялить заставили, хотя до этого за все время он даже захудалых тапок не видал. Думал, что обуви у людей тут не предусмотрено вовсе. Есть обувь, у всех есть: и у отца высокие кожаные сапожищи, и у матери с сестрами закрытые туфли с нашитыми сверху побрякушками. Дополнительно разноцветные ленты в волосах, бусы, браслеты.
Ну, ничего себе, разглядывал мальчик свое преобразившееся семейство. Мы, никак, на праздник идем?
Отец дочищал и без того блестящий сапог.
Урожай собрали, общину сдали, сегодня сход старейшин с дальних селений Совет держать будет и главному старосте отчет давать. День важный, сынок, не до гуляний мне. А ты погуляй, погляди, считай, в первый раз все увидишь уже, да денег на сладости не жалей. На, вот, держи, и, сняв с пояса маленький мешочек, отсыпал всем троим по пять невзрачных, кривеньких монеток.