День первый. Федеральный совет
Для Федерального совета использовалось старое здание в Адене, которое в бытность британского владычества использовал под свою резиденцию политический агент Короны[8]. Это было трехэтажное здание, выстроенное недалеко от порта, в виду часовой башни Хогга, из-за явного сходства с оригиналом именуемой «Смолл Биг Бен». Здание было выстроено в пышном, сейчас потрепавшемся викторианском стиле, с подъездом и регулярным, пусть и небольшим садом, в нем было два этажа, и, что самое главное просторный зал, в котором политический агент собирал вождей племен, чтобы донести до них волю Короны. А чтобы воля Короны доходила до собравшихся лучше достаточно было посмотреть в окно, чтобы увидеть серо-стальные крейсера Аденской крейсерской станции. Когда-то здесь в саду даже цвели розы, ежедневно поливаемые аборигеном садовником. Сейчас страна была формально независима, и потому сад был вытоптан, розы давно засохли, а русские не присутствовали на заседании Федерального совета даже формально. И крейсерской станции Аден больше не было военная часть порта была почти пуста, и только на горизонте были едва заметны тонкие дымки кораблей Севастопольской морской бригады легких сил. Скорпионы были предоставлены сами себе и банка их была тесна
Первым как и полагается возможному победителю и триумфатору еще потемну прибыл наследный принц княжества Бейхан, законный наследник, но по воле судьбы теперь всего лишь купец Касим Аль-Хабейли. Это был его день и он не желал пропустить ни единой минуты своего триумфа а потому рассвет он встретил здесь, у здания Федерального совета.
Он прибыл на нескольких машинах. Аден не был подходящим местом для того, чтобы заводит машины типа Хорьх, Роллс-ройс или Руссо-Балт. Нужна была машина, которая выдерживала местные ухабистые дороги, с закрытым кузовом от жары, желательно дизельная и Высочайше одобренная[9], чтобы не иметь проблем ни с заправкой, ни с боеприпасами. Потому князь Самед приехал на тяжелом Интере производства автомобильного и тракторного товарищества в г. Аксай, и точно из таких же машин состоял и весь его кортеж. Он не ездил так, как ездили военачальники, в сопровождении пикапов и открытых внедорожников с пулеметными установками но пулеметы в его конвое были, причем немало. Ижевские ротные Браунинги с лентовым питанием и новейшие пулеметы Дегтярева под автоматный патрон, которые пока поступили на вооружение только парашютистов и морской пехоты. Машины так же были локально бронированы винтовочную пулю они не держали, для этого нужен был полноценный броневик, но защитить экипаж в случайной перестрелке они могли
Рано утром кортеж Касима Аль-Хабейли, вероятного правителя государства, созданного сегодня остановился напротив резиденции Федерального совета. Регулярного сада давно уже не было и роз не было, а площадка была затоптана ногами, автомобильными шинами, залита маслом и бензином но Касима Аль-Хабейли это не остановило. Он вышел из третьей по счету машины с простым, черным ковриком, на котором белыми, не золотыми нитями было вышито «Нет Бога кроме Аллаха и Мохаммед Пророк Его». Расстелил коврик прямо на газоне и когда с мечетей полились мелодичные звуки азана, простер руки к небу
Аллаху акбар! Субханака-ллахумма ва би-хамдика ва табарака-смука ва тааля джаддука ва ля иляха гайрук! Аузу би-л-ляхи мина-ш-шейтани-р-раджим! Би-сми-лляхи-р-рахмани-р-рахим! Аль-хамду ли-лляхи рабби-ль-алямин!
Среди вооруженных спутников Касима Аль-Хабейли были как правоверные, так и неверные, ибо он не был так строг в вопросах религии, как были строги фанатики, и допускал к себе и неверных, ежели они не совершали ничего, что было противно шариату. Но и те из правоверных, которым надо было совершать намаз не могли это сделать: им надо было смотреть, чтобы их амира никто не убил.
А убить желающих было много
Ар-рахмани-р-рахим!» Малики йауми-д-дин! Иййака набуду ва иййака настаин! Ихдина-с-сирата-ль-мустагим! Сирата-л-лязина анамта алейхим! Гайри-ль-магдуби алейхим ва ля-д-даллин!
И следовало ждать от этого дня только хорошего, да только никто ничего хорошего не ждал. И все понимали, что единство в религии, тот факт, что все они поклоняются одному лишь Аллаху не делает их друзьями, ибо религия Аллаха укоренилась здесь лишь несколько сот лет назад, а многим родам несколько тысяч лет, по крайней мере они числят свою историю именно с тех, незапамятных времен. И как они враждовали сто, и двести лет назад, и две тысячи так они будут враждовать и теперь. И если мочилово не началось до сей поры оно, несомненно, начнется сегодня. Потому что завтра будет уже поздно. Успех приходит не к тем, кто переигрывает историю. А к тем, кто ее творит
Амин!
Касим Аль-Хабейли совершал намаз по всем правилам но его намаз был недействителен. Ибо нельзя совершать намаз, если тебя что-то отвлекает, и во время совершения намаза следует думать только об Аллахе Всевышнем и о его религии, что объединила миллионы верующих в единую умму. И совершая намаз, надо отрешиться от всего земного, отдав всего себя Аллаху Всевышнему. Но механически произнося нужные слова и совершая нужные действия Касим не думал об Аллахе. В душе Касим обращался к своему мертвому, подло убитому отцу, у которого даже не было могилы, чтобы прийти и поклониться ему