Толяны метнулись к месту падения противника, чтобы победно завершить схватку. Однако Глеб, кувыркнувшись через голову, успел подняться и принять стойку. Толяны атаковали его серией прямых руками. Но удары их частью просвистели по воздуху, а частью обрушились на кожаный мешок, потому что Глеб весьма удачно споткнулся о ту же бутылку "спрайта" и, лежа на ней, проехал метра два.
Хозяин захохотал. Стас невольно улыбнулся. И оба Толяна не удержались от смеха.
Глеб в досаде вскочил и сам бросился в атаку. Прыгнув, он растопырил ноги с намерением ударить в грудь обоих противников одновременно Задумано было неслабо. Но Толяны всего-навсего отступили в разные стороны, и Глеб, пролетев между ними, вмазался в мешок и повис на нем, раскачиваясь.
Лосев буквально скорчился от смеха. Стас, однако, перестал улыбаться, и на лице у него появилось озадаченное выражение.
А далее началось нечто невообразимое. Толяны как угорелые принялись гоняться за Глебом по всему залу. Глеб, что называется, волчком вертелся, постоянно обо что-то спотыкаясь и падая, затем вставал и бросался в атаку на Толянов с большим азартом, но без малейшего эффекта. И в конце концов оба охранника остановились, тяжело дыша, и в досаде уставились на хозяина. Красные щеки Толяна пылали, как помидоры с лампочкой внутри.
- Может, хватит онанизма? - предложил он, и его крутые бока ходили при этом ходуном.
- Несерьезно как-то, - поддержал напарника Толян Большой, смахивая со лба пот.
- Да ладно вам, блин, - смущенно пробормотал Глеб, поправив темные очки, удержавшиеся каким-то чудом на его носу. - Сегодня просто я не в форме.
Расправляя кимоно на кругленьком своем животе, Лосев поднялся с матраса.
- Ну-ну, не скромничай, - хохотнул он напоследок. - Я тебя беру. Пойдешь телохранителем к моей племяшке. Пятьсот баксов в месяц.
- Что-то я не понял, Виталий Петрович… - собрался возразить рыжий, но хозяин резко его оборвал:
- Не суйся! После поговорим!
Глеб переминался с ноги на ногу.
- Даже не знаю… Вообще-то я хотел к вам лично. Мне, если честно, деньги нужны. А за пятьсот баксов, сами понимаете…
Лосев злобно сверкнул на него красновато-серыми глазами. Но вдруг опустил взгляд и с кошачьей мягкостью проговорил:
- Но ведь это лишь для начала. Ты должен себя проявить. - Он взял Глеба под руку и повел в дальний угол зала. - Моей племяннице грубо угрожают. Какие-то голоса по телефону. Меня это, разумеется, беспокоит. Надеюсь, ты меня за это не осудишь.
- Виталий Петрович! - горячо откликнулся Глеб. - Какие, блин, проблемы!
- Так я и думал, спасибо. Работа, собственно, невелика. Походишь с ней месячишко, понаблюдаешь… С кем встречается, какие заводит знакомства - докладывай мне лично. Как по-твоему, справишься?
- Нет вопросов! А если наезжать кто-то будет… самому разобраться или вам звонить?
Во взгляде Лосева промелькнуло презрение, но голос сохранил доверительность:
- Действуй по обстановке. Главное, докладывай обо всем. Могу я на тебя положиться?
- А то! - молодцевато брякнул Глеб. - Но, Виталий Петрович… потом вы берете меня в свою личную охрану. И за другие деньги. Правильно я понял?
- Абсолютно. - Лосев едва сдержал смешок. - Только поезжай немедленно и приступай к работе. Племянница ждет.
- А вдруг я ей не подойду? - уточнил на всякий случай Глеб.
- С чего бы? - Лосев достал из кейса блокнот, черкнул в нем авторучкой и, вырвав страничку, протянул ее Глебу. - Здесь Дашкин адрес и мой "сотовый" телефон. Докладывай обо всем.
- Железно, - пообещал Глеб. - А мой телефон есть у Толяна.
- Угу. - Олигарх извлек из кармашка кейса пять стодолларовых купюр. - Вот плата за месяц вперед.
Глеб взял деньги с усмешкой.
- Не боитесь, что я просто смотаюсь с этими бабками?
Лосев усмехнулся в ответ.
- Ну, деньги-то небольшие. Да к тому же… куда ты от меня смотаешься?
- Виталий Петрович, я же пошутил!
- Пошутил, не пошутил, а скрыться от меня теперь не мечтай. Тебе, крысеныш, это просто не по силам.
Опустив глаза, Глеб спрятал в карман деньги и листок с адресом.
- Ладно, я погнал.
Лосев, усаживаясь на велотренажер, махнул рукой в сторону двери.
- Давай-давай, старайся.
Рыжий накинул на могучие плечи полотенце.
- Пошли выведу, - буркнул он Глебу и направился к двери. Глеб поспешил за ним, натягивая на ходу куртку.
- Эй! - крикнул ему Толян. - С тебя причитается!
- Само собой! - радостно отозвался Глеб.
Когда они оказались за дверью, Стас хмуро полюбопытствовал:
- К чему был этот цирк?
Глеб смущенно поправил темные очки.
- Как-то все неожиданно… Даже размяться не дали.
- Ну да, при этом ты ничуть не взмок и дышал, как спящий младенец.
- Брось, это лишь с виду. В конце я сдох. Ей-богу.
Рыжий взъерошил пятерней свою шевелюру.
- Ладно, как скажешь. - Рванув на себя дверь, он вернулся в спортзал.
Лосев, размеренно крутя педали, по мобильному телефону информировал племянницу о нанятом для нее телохранителе. Стас дождался окончания разговора и подошел.
- Чего тебе? - насторожился хозяин.
- Виталий Петрович, пять дней назад Максима подстрелили - нужна замена. Вы обещали…
- Кого? Этого недоумка? - скривился Лосев, кивая на дверь. - Пускай девчонку охраняет. Пока его не замочили ненароком.
- Виталий Петрович, он вовсе не такой пентюх, как…
- Всё! Тема закрыта! За пять сотен пусть обслуживает эту писюшку - и того не стоит!
Пожав плечами, Стас от души врезал ногой по боксерскому мешку.
Приехав по указанному в листке адресу, Глеб припарковался метрах в пятидесяти от нужной подворотни, возле Дома игрушек. Сгущались сырые февральские сумерки. Возле светящихся витрин магазина стоял мальчишка лет семи-восьми в латаных пальтишке и шапчонке. Как зачарованный смотрел он на бегущий меж зеленых холмов поезд миниатюрной железной дороги. Прошагав мимо, Глеб оглянулся. Мальчишка прямо прилип к стеклу витрины, и в глазах его отражалась недоступная сказка. Глеб чуть потоптался, поправил темные очки и свернул во двор дома.
Набрав записанный код, он вошел в подъезд, поднялся в лифте на пятый этаж и нажал кнопку звонка. Дверь открылась, и перед Глебом предстал некто в мятых брюках и клетчатой ковбойке, носом уткнувшийся в лист бумаги.
- Здравствуйте! - рявкнул Глеб.
- Шолом. - Из-за бумажного листа выглянуло бледное лицо с курчавой бородкой. На Глеба уставились черные внимательные глаза. - Вы телохранитель? Заходите, раздевайтесь.
В меленькой прихожей перед зеркалом Глеб скинул куртку и спросил:
- Обувь снимать?
- На фиг, - отмахнулся бородач и, не отрывая взгляда от своего листа, испещренного математическими знаками, засеменил в комнату.
Вытерев ноги о половичок, Глеб устремился за ним. Бородач присел за письменный стол с компьютером и принялся черкать авторучкой на листе.
- Э-э… извините, - напомнил о себе Глеб, - а хозяйка где?
- Несколько правее, - отозвался насмешливый женский голос. - Поверните нос на шестьдесят градусов.
Племянница олигарха сидела за журнальным столиком и мазала ногти перламутровым лаком. Глеб, что называется, обомлел. Как ни пошло это звучит, но ее зеленые глаза походили на изумруды, а роскошные пепельные волосы до плеч так оттеняли матовую белизну кожи, что… Черт побери! Сказать, что она была потрясающе красива, значило не сказать ничего. Подобные лица Природа иногда создает в единственном экземпляре и потом бывает просто не в силах повторить их на "бис".
- Вы Дарья Николаевна? - обалдело уточнил Глеб. Его не оставляла надежда на то, что фигура у нее окажется никудышной, а ноги - кривыми. В какой-то мере это вернуло бы мирозданию утраченное равновесие.
- Как вы догадались? - осведомилась она. - У меня что, на лбу это написано?
- Ну, я подумал, что… - Глеб запнулся, наморщил лоб и выпалил: - Если Виталий Петрович дал мне верный адрес, то вы - его племянница Дарья Николаевна.
Она фыркнула.
- Потрясающее умозаключение.
- Угу, - кивнул Глеб, - с логикой у меня все в порядке.
- Заметно. - Она помахала растопыренной ладошкой, чтобы подсушить лак. Затем встала, подошла к окну и задернула шторы. - Наверное, у вас какой-нибудь черный пояс?
Тут Глеб обомлел во второй раз. На ней был короткий халатик и домашние туфли на каблучке. Фигура у нее была - черт побери! А красота длинных стройных ног могла бы потрясти и египетскую мумию. Но самое поразительное заключалось в том, что каждый ее шаг, каждое движение исполнены были такой грации, которую не обретешь ни в танц классе, ни на подиуме. И Глеб про себя решил, что она обязана быть идиоткой: если в мозгах у нее больше двух извилин - она просто монстр.
- Нужны мне эти пояса! - отмахнулся Глеб. - Меня знакомый китаец драться учил.
- Как звали китайца? - полюбопытствовала племянница олигарха.
- Какая разница? Обычное китайское имя.
- Какое, если не секрет?
Глеб с вызовом выпятил подбородок.
- Ли Бо его звали. Вам зачем?
Племянница бросила взгляд на сидящего за столом бородача.
- Как тебе это имечко, Илья?
Илья оторвался от бумаг и посмотрел на Глеба внимательными черными глазами.
- А вас-то самого как звать? - спросил он.
- Разве я не… Вот блин! Извиняюсь. Меня зовут Глеб.
- А как, блин, по отчеству? - уточнила племянница.
- Без отчества, Дарья Николаевна. Просто Глеб.
- Тогда я просто Даша.
Глеб мотнул головой.
- Нет. Вы мой босс.