Всего за 499 руб. Купить полную версию
Продолжайте, в конце концов сказал он.
Торжественно, словно делая мне одолжение.
Это была казнь, Финли, сказал я. Не ограбление и не ссора. Хладнокровная и хирургически точная казнь. Никаких улик на месте преступления. То есть был опытный профессионал, ползающий с фонариком и подбирающий гильзы.
Продолжайте, повторил он.
Выстрел в упор в левый висок, сказал я. Возможно, жертва находилась в машине. Убийца говорит с ней в окно, затем поднимает пистолет. Бух! После чего он наклоняется в салон и делает второй выстрел. Потом подбирает стреляные гильзы и уходит.
Уходит, и все? удивился Финли. А как насчет остального? Вы хотите сказать, был и второй сообщник?!
Я покачал головой.
Их было трое, сказал я. Это же очевидно, правда?
Почему трое? спросил Финли.
Но абсолютный минимум двое, верно? настаивал я. Как жертва попала на склад? Скорее всего, приехала на машине. Слишком далеко до чего бы то ни было, чтобы идти пешком. В таком случае где же машина? Убийца также не пришел пешком. Так что абсолютный минимум это двое. Они приехали вместе и уехали по отдельности, один на машине убитой жертвы.
Но? продолжал Финли.
Но улики указывают на то, что было минимум три человека, сказал я. Взгляните с точки зрения психологии. Вот ключ к разгадке. Человек, аккуратно всаживающий пулю небольшого калибра из пистолета с глушителем в голову жертвы и делающий контрольный выстрел, вряд ли вдруг обезумеет и начнет пинать ногами труп, верно? А потом вдруг успокоится и попытается укрыть труп старым картоном. Перед вами три различных поступка, Финли. Так что вы имеете дело как минимум с тремя людьми.
Финли пожал плечами.
Может быть, все же с двумя, заметил он. Возможно, прятал труп убийца потом.
И не надейтесь, возразил я. Он не стал задерживаться на месте преступления. Ему пришлась бы не по душе дикая и совершенно бессмысленная жестокость. К тому же, оставаясь на месте убийства, он рисковал, что его могут случайно увидеть. И еще. Если бы такой человек заметал за собой следы, он сделал бы это как надо. Не оставил бы труп там, где его нашел первый появившийся человек. Так что вы имеете дело с тремя разными людьми.
Финли задумался.
Ну и?.. сказал он.
Ну и которым из них являюсь я? спросил я. Убийцей, маньяком или идиотом, прячущим тело?
Финли и Бейкер переглянулись. Ничего мне не ответили.
Ладно, кем бы я ни был, что, по-вашему, произошло на складе? продолжал я. Я приезжаю туда с двумя дружками, в полночь мы убиваем этого типа, после чего мои дружки уезжают, а я решаю остаться здесь? Почему? Это же чушь, Финли.
Он молчал. Думал.
У меня нет двух дружков, сказал я. И машины. Так что в лучшем случае вы можете сказать, что жертва пришла туда пешком, как и я. Мы встретились, я очень аккуратно, профессионально застрелил этого человека, подобрал гильзы, вынул у него бумажник, но забыл обыскать ботинки. После этого спрятал оружие, глушитель, фонарик, сотовый телефон, гильзы, бумажник и все остальное. Затем вдруг совершенно поменял характер и принялся пинать труп ногами как сумасшедший. После этого снова полностью поменял характер и предпринял бессмысленную попытку спрятать труп. А потом просидел где-то восемь часов под дождем и пошел пешком в город. Это лучшее, что вы можете придумать. И это полнейшая чушь, Финли. Потому что, черт побери, зачем мне ждать восемь часов под дождем рассвета, чтобы уйти с места преступления?
Финли долго смотрел на меня.
Я не знаю, наконец сказал он.
Такой человек, как Финли, не делает подобного признания без внутренней борьбы. Казалось, из него вышел весь воздух. Дело, которое он вел, оказалось полной чушью, и Финли это понял. Но у него были серьезные проблемы с показаниями его собственного шефа. Он не мог прийти к своему начальнику и сказать: «Моррисон, ты мешок с дерьмом». И он не мог заняться разработкой альтернативной версии, раз босс преподнес ему подозреваемого на блюдечке. Финли мог проверить мое алиби. Этим он мог заниматься. Никто не сможет обвинить его в излишней старательности. А затем в понедельник он начнет все сначала. Поэтому Финли чувствовал себя так отвратительно: он потеряет совершенно впустую семьдесят два часа. К тому же впереди его ждала еще одна серьезная проблема. Ему придется сказать своему начальнику, что я не мог быть на месте преступления в полночь. Он должен будет вежливо вытянуть из жирного Моррисона отказ от своих показаний. Это очень трудно, когда ты новичок, проработавший всего шесть месяцев. А тот, с кем ты имеешь дело, полный осел и твой прямой начальник. Проблемы со всех сторон, поэтому Финли чувствовал себя хуже некуда. Он молчал, тяжело дыша и пытаясь решить, как быть дальше. Пора ему помочь.
Телефонный номер, сказал я. Как вы определили, что это сотовый номер?
По коду, ответил Финли. Вместо кода района у него префикс выхода в сотовую сеть.
Отлично, продолжал я. Но вы не можете установить, кому принадлежит этот номер, потому что списка абонентов сотовой сети у вас нет, а управление сети отказывается вам помочь, верно?
Они потребовали санкцию прокурора, признался Финли.