Всего за 589 руб. Купить полную версию
В это же время тридцать активистов «Гринпис» встали напротив здания, где проходила выставка, взяв в руки плакаты, разоблачающие лживые обещания чиновников горнодобывающей отрасли. «Все эти красивые слова являлись обычным зеленым пиаром, объясняет представитель «Гринпис» Гонсало Страно (Gonzalo Strano). Мы твердо знаем, что безвредных шахт не бывает. Не только потому, что они в первую очередь предназначены для опустошения почвы, но и из-за того, что во время добычи редких металлов используются вредные химические вещества и загрязняется большое количество воды».
В это же время тридцать активистов «Гринпис» встали напротив здания, где проходила выставка, взяв в руки плакаты, разоблачающие лживые обещания чиновников горнодобывающей отрасли. «Все эти красивые слова являлись обычным зеленым пиаром, объясняет представитель «Гринпис» Гонсало Страно (Gonzalo Strano). Мы твердо знаем, что безвредных шахт не бывает. Не только потому, что они в первую очередь предназначены для опустошения почвы, но и из-за того, что во время добычи редких металлов используются вредные химические вещества и загрязняется большое количество воды».
В Южной Америке горнодобывающий сектор экономики давно приобрел скандальную репутацию. От Мексики до Чили и от Колумбии до Перу местные жители в последние годы активно протестуют против добычи редких металлов. Символом этого противостояния стала шахта по добыче золота и серебра Паскуа-Лама на севере Сантьяго-де-Чили, принадлежащая канадской компании Barrick Gold. Добыча руды в этой области способствует разрушению ледника, покрывающего горные породы, что вызвало бурный протест местного населения, в результате которого в 2013 году компании пришлось приостановить работы в этом районе[94].
Пример «Гринписа» вдохновил экоактивистов из других латиноамериканских стран. С тех пор начало разработки других крупных месторождений по добыче лития постоянно сопровождалось протестами «зеленых». Как для любой деятельности по добыче полезных ископаемых, для этих работ требовалось значительное количество воды, что неизбежно сокращало ее запасы, используемые местным населением, а места разработок и так находились на территории соляных пустынь, где недостаток пресной воды ощущался и до этого. Местные жители, живущие неподалеку от пустыни Омбре Муэрто в Аргентине, утверждали, что добыча лития отравила воду в окрестных реках[95].
Добыча полезных ископаемых в любом случае наносит ущерб окружающей среде, и в тех странах, где эта отрасль промышленности является одной из приоритетных, она до сих пор велась таким безответственным и негуманным способом, что благородная цель перехода на более экологичные источники энергии уже выглядит сомнительно. По данным недавних исследований Блэксмитовского института[96], горнодобывающая индустрия является вторым по степени ущерба для природы видом деятельности человека[97]. Любопытно, что она выиграла одно место по сравнению с предыдущим списком, составленным в 2013 году, а переработка нефти, считающейся устаревшим видом сырья, теперь даже не присутствует в первой десятке. Учитывая важную роль, которую в мировом производстве редких металлов играет Китай, мы не можем оценить успехи в борьбе с глобальным потеплением, не учитывая экологическую ситуацию в этой стране. А как мы видим, она является по-настоящему катастрофической.
Представленная картина влияния добычи редких металлов на окружающую среду заставляет нас отнестись более скептически к использующим их новым «зеленым» технологиям. Еще до того, как начать работать, солнечная панель, ветрогенератор, электромобиль или энергосберегающая лампа несут на себе страшный «первородный грех», ведь их производство неизбежно связано с ущербом для природы. Теперь мы можем осознать, какую цену наша планета должна заплатить за переход на возобновляемые источники энергии и эта цена оказалась слишком высокой.
2. Темная сторона «зеленых» и электронных технологий
Новые технологии, которые мы с гордостью именуем «зелеными», на самом деле совсем не являются таковыми. Их влияние на окружающую среду весьма значительно. Приехав в 2016 году в Торонто, мы смогли убедиться в этом своими глазами.
В одном из фешенебельных отелей в самом сердце финансового квартала собрались руководители североамериканских горнодобывающих компаний, эксперты, чиновники, предприниматели и ученые, чтобы принять участие в конференции, посвященной редким металлам[98]. На ней много говорилось об инвестициях, финансах, валовой прибыли, поисках средств, структуре расходов, рыночной стоимости и годовом объеме продукции Перспективы роста «зеленых» технологий поражали воображение. Международное энергетическое агентство обещало, что к 2040 году доля возобновляемых источников энергии в мировом потреблении электричества вырастет до 33 %, тогда как в 2012 году она составляла лишь 21 %[99].
Но среди участников этого мероприятия присутствовали два персонажа, которые добавили ложку дегтя в бочку меда.