Всего за 389 руб. Купить полную версию
Вон они! закричала Мэг.
Серьезно, каждый раз, когда нужно было поговорить о чем-то важном, она молчала, как на допросе. Но стоило нам попасть в передрягу она почем зря вопила «Вон они!».
Гроувер, проявив недюжинную силу, бросился вперед, таща за собой примотанное к нему мое безвольное тело.
Болтаясь за его спиной, я отлично видел стриксов, появившихся из мрака, их желтые глаза сверкали как монетки в мутном фонтане. Сколько их было дюжина? Больше? Мы и с одним стриксом едва управились, и мне даже думать не хотелось о наших шансах выстоять против целой стаи, особенно теперь, когда мы, ковыляющие по узкому и скользкому выступу, превратились в весьма привлекательную добычу. Мне не верилось, что Мэг уговорит всех этих птиц покончить с собой, вмазавшись в стену.
Арбутус! завопил я. Стрела сказала, что арбутус отгоняет стриксов.
Это такое растение, задыхаясь, проговорил Гроувер. Кажется, оно мне как-то встречалось.
Стрела! позвал я. Что такое арбутус?
НЕ ВЕДАЮ! РОЖДЕНА БЫЛА В РОЩЕ НО РАЗВЕ СИЕ ЗНАЧИТ, ЧТО Я САДОВНИЦА?!
Я с отвращением впихнул Стрелу обратно в колчан.
Аполлон, прикрой меня, Мэг сунула мне в руку одну из сабель и принялась копаться в своих сумочках, нервно поглядывая на приближающихся стриксов.
Какого именно прикрытия она от меня ждала, я не знал. Фехтовал я ужасно даже когда не был примотан скотчем к сатиру и должен был сражаться с врагами, смерть которых не грозила проклятьем.
Гроувер! крикнула Мэг. Что за растение арбутус?
Она открыла первый попавшийся пакетик и высыпала семена в пустоту. Они взорвались, как нагретые зернышки кукурузы, выбросили листья и стебли, на которых появились клубни ямса размером с гранату. Растительные снаряды сбили нескольких птиц, стая испуганно заклекотала, но стриксы все напирали.
Это клубни, прохрипел Гроувер. По-моему, арбутус плодовое растение.
Мэг открыла второй пакетик и атаковала стриксов залпом из кустов, усыпанных горошинами зеленых ягод. Птицы легко обогнули ее снаряды.
Виноград? спросил Гроувер.
Крыжовник, ответила Мэг.
Точно? удивился Гроувер. Форма листьев
Гроувер! рявкнул я. Хватит военной ботаники. Куда ВНИЗ!
Благосклонный читатель, прошу тебя, рассуди, что на самом деле произошло в этот момент. Спрашивал ли я «Куда, вниз?!»? Разумеется, нет. Что бы там потом ни говорила Мэг, я просто хотел предупредить ее о стриксе, летевшем прямо ей в лицо.
И в том, что она не поняла моего предупреждения, я не виноват.
Я взмахнул саблей, пытаясь защитить свою юную подругу. Спасибо богам за мои кривые руки и отличные рефлексы Мэг иначе не сносить бы ей головы.
Прекрати! крикнула она, отправляя стрикса в нокаут ударом второй сабли.
Ты сама просила тебя прикрыть! оправдывался я.
Я не имела в виду Она вскрикнула от боли и споткнулась: на правом бедре у нее сочилась кровью свежая рана.
И тут нас поглотил яростный вихрь из когтей, клювов и черных крыльев. Мэг остервенело размахивала саблей. Стрикс нацелился мне в лицо, и его когти выцарапали бы мне глаза, если бы Гроувер не совершил нечто из ряда вон выходящее он закричал.
Вы можете спросить: «А что же здесь странного? Если тебя окружили птицы, жаждущие впиться в твои внутренности, самое время кричать».
Так и есть. Только звук, исходивший из уст сатира, не был обыкновенным воплем.
Он разнесся по залу как взрывная волна, разметав птиц, каменные стены затряслись, а меня охватил холодный безотчетный страх.
Не будь я примотан к сатиру скотчем, я бы бросился бежать. Я бы спрыгнул вниз с выступа, на котором мы стояли, лишь бы спастись от этого звука. Но я был привязан, поэтому просто выронил саблю Мэг и зажал руками уши. Мэг, ничком упавшая на каменную дорожку, истекала кровью, ее тело под воздействием птичьего яда, похоже, начало неметь. Она сжалась в комочек и закрыла голову руками.
Стриксы умчались обратно в темноту.
Сердце бухало в груди. В крови кипел адреналин. Прежде чем я смог произнести хоть слово, мне пришлось сделать несколько глубоких вдохов.
Гроувер, проговорил я, ты что, призвал панику?
Я не видел его лица, но чувствовал, как он дрожит. Он лежал на выступе, завалившись на бок, отчего я оказался повернут к стене.
Я не собирался, прохрипел Гроувер. Годами ее не использовал.
П-панику? переспросила Мэг.
Крик потерянного бога Пана, объяснил я.
Одно упоминание этого имени опечалило меня. О, как чудно мы с богом природы проводили время в древности, танцуя и резвясь в заповедных местах! А порезвиться Пан умел. Потом люди уничтожили почти все заповедные места, и Пан исчез. Это все из-за вас, люди. Из-за вас боги лишаются самого хорошего.
Я и не знал, что кто-то кроме Пана может пользоваться этой силой, сказал я. Как тебе это удалось?
Гроувер то ли всхлипнул, то ли вздохнул:
Долго рассказывать.
Мэг закряхтела:
Ну хоть от птиц избавились.
Я услышал, как рвется ткань: видимо, Мэг перевязывала ногу.
Что-нибудь онемело? спросил я.
Ага, пробормотала она. Все, что ниже пояса.
Гроувер зашевелился в нашей липкой упряжи:
Я в порядке, только сил почти не осталось. Птицы вернутся а затащить вас наверх я не смогу.
И он не врал. Крик Пана отпугивал почти все живое, но это была сложная магия. Прибегнув к ней, Пан потом три дня отсыпался.