Всего за 0.01 руб. Купить полную версию
Помощник командира на крейсере не имеет прямого отношения к управлению кораблем с мостика. Это скорее административно-командная должность, связанная с организацией службы на корабле и поддержанием на нем уставного порядка. Однако без исполнения этой должности не будет всесторонне развитого командира или его старшего помощника, который делит с командиром в походах всю ношу ответственности, а в его отсутствие берет командирскую власть.
Должность старшего помощника на всех кораблях особая, а на крейсерах она прямо-таки собачья. На старпоме «висит» корабль как при стоянке, так и на ходу, особенно в дальних походах. Старпом на корабле фигура. Поэтому даже опытнейшие крейсерские кадры командиры артиллерийских боевых частей, имеющие в подчинении половину экипажа, почти пятьсот человек, пробиться в старпомы не могли, если они до этого не командовали кораблями. У нас на «Мурманске», например, служил высокопрофессиональной моряк, классный артиллерист, прекрасный воспитатель личного состава капитан 2 ранга Николай Гаврилович Новиков. В дальних походах он стоял командирскую вахту наравне со старшим помощником, был его первым заместителем и фактически исполнял обязанности старпома в его отсутствие. Трижды его представляли к назначению на эту вакантную должность, но так старпомом и не утвердили не командовал кораблем.
Определенные каноны, существовавшие тогда в «кадрах», лишили крейсер прекрасно подготовленного старпома, впоследствии командира, а возможно, и будущего флотоводца. Пришедший на эту должность командир сторожевого корабля капитан 3 ранга В. А. Юкинаев больше года осваивал только сущность службы на крейсерах и еще столько же собственно должность старпома. Благодаря хорошей организации службы на корабле, он, конечно, освоил их и потом, после окончания академии, стал командиром «Мурманска». Уверен, что опыт командира крейсера был им впоследствии в полной мере использован при командовании авианосцем. Николай Гаврилович Новиков, к сожалению, ушел в запас капитаном 1 ранга с береговой должности.
Моя же флотская судьба сложилась так, что после бурной и перспективной службы на крейсерах в артиллерийских должностях, в том числе и помощником командира, мне пришлось уйти во вспомогательный флот старшим помощником командира плавбазы ракетного оружия, строящейся в Николаеве. В кадровом управлении мне объяснили, что после того, как я наберусь командирского опыта, Родина меня не забудет и вернёт на боевой флот.
Да и дело это было интересное. Флот осваивал ракетно-ядерное оружие, искал новые подходы к подготовке морских офицеров во взаимодействии их с береговыми арсеналами. Оглядываясь назад, скажу, что для меня такого рода перемена открывала перспективы в службе, хотя должность была не престижной.
Итак, резкий поворот на командирском поприще. Зато уже старпом плавбазы, особо режимного корабля 1-й категории. Это был тяжело управляемый корабль. Он имел высокий борт и мощные надстройки, большую парусность. Кроме того, у него были слабые, не соответствующие водоизмещению и парусности, машины. Командиром был назначен опытный моряк, капитан 2 ранга Константин Захарович Кобзарь, до этого долгое время командовавший сторожевым кораблем.
Главным предназначением плавбазы ракетного оружия (легенда прикрытия плавмастерская 44) было пополнение израсходованного боекомплекта подводных лодок баллистическими ракетами, надводных кораблей зенитными ракетами и ракетных катеров ударными крылатыми ракетами. Для этих целей плавбаза была оборудована самой совершенной техникой, мощными грузовыми кранами и укомплектована специалистами высшей квалификации. При этом надо заметить, что подача оружия могла осуществляться не только на базах и в защищенных от волнения гаванях, но и в открытом море.
После приема плавбазы, ее швартовных и ходовых испытаний мы совершили сложный переход из Севастополя в Североморск в самые шторма. Как вспомню тот переход, так вздрогну. В Бискайском заливе, известном как «кладбище кораблей», нас встретил жестокий шторм. Двое суток наш корабль шёл со скоростью один-два узла назад; хотя машины работали полным ходом вперед. Их мощности не хватало для того, чтобы справиться с волнением моря. Тем не менее переход закончился благополучно. Мы получили благодарности и ценные подарки за мужество от командующего флотом адмирала В. А. Касатонова. Сразу после перехода мой командир серьезно заболел, и в течение года мне пришлось в полной мере испытать на себе все прелести этого «мастодонта» в совмещенной должности старпома и командира.