Всего за 249 руб. Купить полную версию
Дружка своего с прохода уберите. А то, если его раздавят, будет ещё смешнее.
Пельмень с Витькой кинулись к беспомощно барахтавшемуся Вовчику, освободили от него рюкзак и, зная, как трясутся учёные над своими книжками, бережно разместили рюкзак на полке, а Вовчик разместился на лавке сам.
Дядя Женя присел на край и, сняв кроссовку, стал рассматривать распухшую ногу, сокрушённо покачивая головой:
Нда-а! Не ко времени меня угораздило
Ребята придвинулись поближе, и Пельмень немного обеспокоенно спросил:
Где это ты, пап?
Я отчего задержался? начал рассказывать дядя Женя. Знакомого в соседнем вагоне встретил. А когда сюда добирался, какие-то хулиганы стоп-кран сорвали Я же не ожидал, что поезд на ходу вдруг резко остановится Вот и упал, подвернув ногу Да ещё лбом о дверную ручку приложился Во! он убрал чуб, и все увидели выдающуюся по размерам шишку. Теперь будет чем в ночи светить! не унывал дядя Женя.
Ребята незаметно переглянулись и заёрзали: мало того, что они забыли про своего взрослого товарища дядю Женю, так ещё вместо него прихватили с собой какую-то несуразную тётку, которая в отличие от дяди Жени уезжать совсем не собиралась. Да ещё из-за этой самой тётки дядя Женя повредил ногу
Витька, чувствуя себя виноватым в такой неразберихе, участливо спросил:
Больно, дядь Жень?
Хоть и без того было видно, как ему больно, дядя Женя виду не подал, весело ответив:
Терпимо!
Мимо с испуганным лицом пробежал человек в железнодорожной форме. В конце вагона он запнулся о забытый в проходе чемодан и позорно растянулся. Браня безответственного хозяина, железнодорожник вскочил и как угорелый выбежал, в сердцах хлопнув дверью. В наступившей тишине было слышно, как он кому-то проорал:
Всё в порядке!
Скрипя буксами, поезд тронулся.
Ребята приникли к окнам.
Тётка осторожно спускалась по насыпи, балансируя свободной рукой. На полдороге щебёнка под её ногами посыпалась, и она, не устояв, грузно шмякнулась на зад. Цепко держа сумку на коленях, тётка быстро съехала, подняв за собой белое облако. Её пронзительный визг плеснул в приоткрытые окна, переполошив пассажиров больше, чем вынужденная остановка. Они вслед за ребятами поглядели наружу. Тётка успела оправиться от испуга и грозно потрясала кулаками. А так как за перестуком колёсных пар её было уже не расслышать, она разевала рот без звука, как в немом кино.
Чего это она? оторопел дядя Женя от такой необычной выходки взрослого человека.
Поездом ошиблась, пояснили ребята. А теперь злится.
Дядя Женя подозрительно к ним пригляделся, а потом спросил:
И вы здесь, конечно, ни при чём?
Троица дружно замотала головами, не отвлекаясь от окна.
4
А там действительно было на что посмотреть: кончился унылый пустырь, и поезд загромыхал по железному мосту через реку. На пологом берегу паслось пёстрое стадо, несколько коров забрели по брюхо в воду и с ленцой хлестали себя по бокам хвостами, отгоняя назойливых оводов.
На середине реки лёгкой скорлупой качалась лодка с рыбаками. Один из них поднялся и долго из-под ладони провожал поезд.
Вовчик, высунув руку в окно, помахал и обрадованно воскликнул:
Заметил! Тоже машет!
Тотчас в окне замелькали четыре руки, потому как сообразительный Витька высунул сразу две, перехитрив всех.
От такой несправедливости Пельмень надул свои толстые губы и перешёл на другую сторону, предупредив:
Чтобы к моему окну никто не подходил. Я один буду всем махать.
И он расселся один, как скряга, захапав целое окно.
Поезд нырнул в сосновый бор, и вагон наполнился запахами хвои и лесных гвоздик. Верховой ветер гулял в вершинах сосен и гнул их вслед проплывающим облакам.
Пельмень тёрся носом о стекло и время от времени быстро оглядывался, опасаясь, что его конкуренты незаметно подкрадутся и тоже будут подглядывать в его окно. Из-за этого сам чуть не проглядел бревенчатую церквушку, одиноко торчавшую на полянке среди леса.
Церковь! заорал Пельмень, спохватившись, и, будто никогда не грозился и окна не захапывал, позвал: Идите сюда! Скорее! Да скорее же!
Витьке и Вовчику, конечно, стало интересно, откуда здесь взялась церковь, и они перебежали на его сторону, крича:
Где, где?
Да вон же, вон! орал возбуждённый Пельмень и тыкал пальцем в стекло.
Дядя Женя отложил газету и тоже посмотрел: