Всего за 249 руб. Купить полную версию
В меня помещается.
Проживать в чужой стороне поначалу всегда трудно. Это известно любому исследователю. Потому что там другой климат и другие люди, а уж без знания местных обычаев можно запросто угодить в какую-нибудь глупую историю. Поэтому в команде отчаянного Витьки и бестолкового увальня Колюни просто необходим был человек рассудительный, способный мыслить необыкновенно.
Пришлось взять с собой Вовчика человека умного, хоть и дохлого, к тяжёлым походам не приспособленного.
На вокзал Витька явился первый, как самый дисциплинированный. Каково же было его удивление, когда под часами, где накануне была обговорена встреча, он увидел многолюдную толпу люди оказались совсем не глупыми и тоже часы выбрали как место наиболее приметное.
Солнце только что вышло, грело ещё слабо. По перрону «бродили» голуби и пили из не просохших после ночного дождика лужиц. Гудел маневровый паровоз.
Появился Пельмень, нагруженный вещами, как вьючное животное и даже хуже Он подошёл к ожидавшему Витьке и с печальным лицом пожаловался:
Вообще-то мать, собирая всю эту муру, рассчитывала на отца. А не успели мы зайти за угол, как он всё на меня перегрузил. Говорит, чтобы с малолетства привыкал ко всяким трудностям, и чтобы жизнь мне мёдом не казалась.
Витька, неизвестно чему ухмыляясь, спросил:
А сам он где?
Колюня махнул в сторону вокзала:
Газету покупает.
Вдалеке показалась тщедушная фигурка Вовчика в громадной шляпе, видно, надетой им, для того чтобы не напекло в голову и не повредились мозги. Под тяжестью рюкзака его нещадно кидало из стороны в сторону. К тому же сползавшая всё время на глаза шляпа доставляла дополнительные неудобства. Не видя, Вовчик сталкивался с прохожими и с необыкновенной быстротой перемещался вслед за своим рюкзаком, чудом удерживаясь на ногах.
Витька с Колюней с интересом стали наблюдать за его зигзагообразным передвижением, гадая хватит ли у Вовчика сил преодолеть весь путь на своих ногах или последние метры придётся ползти.
Но Вовчик не опозорился и, плюхнув рюкзак, отдуваясь, сказал:
Дошёл.
Витька пнул его рюкзак и, почувствовав что-то твёрдое, поинтересовался:
У тебя чего там?
Книги.
Витька с Колюней удивились:
Зачем столько?
Вовчик разъяснил:
На свежем воздухе читать намного полезнее, чем в доме От этого прочитанное усваивается быстрее Потому что усталость выветривается и голова находится всё время в свежем состоянии.
Новый метод по усвоению книжных текстов, изобретённый учёным Вовчиком, Пельменю показался больно сомнительным и он, почесав затылок, спросил:
А вот знания твои Они вместе с усталостью не выветрятся?
Вовчик подумал и сказал:
Знания, они не в голове, они в мозгах. А у меня что в мозги попало, уже никогда не выветрится, хоть бей по голове, чем ни попадя.
Но проводить маленький эксперимент со своей головой, как предложил пребывающий в сомнении Пельмень, не захотел, сказав, что знания всё равно останутся, только голова пострадает, а она тут ни при чём, чтобы по ней лупили. И привёл такой сильный пример, против которого не поспоришь:
Вот в древние времена для чего учёных на кострах сжигали? Потому что ничего поделать с ними не могли: как ни пытали, как ни колотили по головам палками, а знания всё равно в мозгах оставались. Вот инквизиторы и придумали их вместе со своими знаниями сжигать, чтобы они больше ими не хвалились А пепел развеивали по ветру.
Это мы знаем, согласился Колюня. Учили.
И даже вспомнил одного такого учёного астронома, пострадавшего от своих несвоевременных знаний, но всё равно от них не отказавшегося, Джордано Бруно.
3
Объявили посадку на поезд.
Витька, который слыл более опытным путешественником и прихватил с собой только самое необходимое: солдатскую фляжку с водой, фонарик, компас, спички, моток капроновой верёвки, складной ножичек, половинку бинокля, увеличительное стекло и другие, просто незаменимые в любом походе предметы, хотел было помочь слабосильному Вовчику, но тот оказался упёртым, как все учёные, для которого сгореть на костре было самым обычным делом, нежели доверить кому-то свой ценный груз.
Не согласился на помощь и Колюня, побоявшийся, что отец обличит его в отлынивании от трудностей и в воспитательных целях добавит ему в рюкзак всё что угодно вплоть, до кирпичей.