Всего за 200 руб. Купить полную версию
Ты купеческая внучка?
С ума сошёл? смеясь, ответила Тома, это папе квартиру выдали. Целых две комнаты!
А твой папа кто? Поинтересовался Юра.
На железной дороге работает.
Послышался стук по стеклу. Юра с Томой оглянулись и увидели в окне тёмный силуэт.
Ой, это мой папа. Мне пора, сказала Тома и, вынув из кроличьей муфточки руку, протянула Юре. Здорово, что ты приехал.
Он нежно взял её маленькую тёплую ладошку двумя руками, что вызвало те же самые чувства, что и в первый раз. Как же не хотелось Юре её выпускать, но в окно постучали во второй раз, и Тома выпорхнула из его рук, сказав на бегу чуть громче:
До завтра, Юра!
Юра в ответ, лишь помахал рукой.
***
Они встретились на следующий день, как и договаривались. Тома действительно испекла пирог с яблоками. Это был самый вкусный пирог, что доводилось есть Юре, наверное, за всю жизнь. Особенно ему нравилось, что Тома с Валей поладили. Девушки быстро нашли общий язык и беззаботно щебетали о чем-то своем, девичьем. Юре было очень приятно и спокойно молчать и глядеть на них, любуясь.
Но время отпуска неумолимо подходило к концу, и вот настал час расставания. На сей раз, он был более мучительным. На вокзал они пришли втроём. Валя обняла брата и поцеловала в щёчку. Тома тоже обняла Юру и они, наконец, поцеловались
Кх-кх, вдруг послышалось от мужчины, который стоял рядом.
Влюблённые остановились, и Тома испуганно произнесла:
Ой, пап, а что ты тут делаешь?
Должен же я был посмотреть, кто он такой, твой Ромео, к которому ты всю неделю бегаешь. Ну, что же ты, знакомь нас, дочка.
Пап, это Юра и его сестра Валя. Юра, Валя, это мой папа Андрей Иванович.
Андрей Иванович был среднего роста, коренастый человек, с суровым взглядом, как поначалу показалось Юре.
Ну-ка, Юра, давай отойдём, сказал Андрей Иванович, протягивая руку для рукопожатия Юре.
Юра пожал руку Андрея Ивановича и почувствовал его железную хватку. Тома с волнением следила за их коротким разговором, содержание которого не было слышно, внезапно оставшимся в одиночестве девушкам. Но вот мужчины ещё раз пожали друг другу руки и Андрей Иванович, повернувшись, сказал настолько громко, чтобы дочь услышала:
Тома, прощайтесь, я тебя жду вон там, показав на ворота выхода с перрона в город, и медленно пошёл, заложив руки за спину в том направлении.
Что он тебе сказал? Спросила Тома.
Да, всё в порядке, ответил Юра, это мужские дела.
Тома то ли обиделась, то ли сделала вид, фыркнула, и пошла догонять отца. Затем, сделав несколько шагов, повернулась с игривой улыбкой на лице и руками показала «Пиши».
Так что сказал-то её отец? спросила Валя.
Это касается только меня, отрезал Юра.
У, какой серьёзный! А, правда? эта фраза была «ключиком» почти ко всем секретам между Юрой и Валей.
Чтобы я не разочаровал Тому, слегка набычившись, ответил Юра.
О, да! Если ты её потеряешь, Юрка, ты будешь самым большим лопухом на свете!
Знаю, сказал Юра, провожая взглядом Тому до самых ворот.
Паровоз шумно вздохнул, и народ на перроне засуетился, забегал. Многие спешно начали прощаться. Слегка задержавшиеся где-то пассажиры неуклюже бежали по перрону с тяжеленными чемоданами.
По вагонам! скомандовала кондуктор.
Юра ещё раз обнял Валю, запрыгнул в поезд, и тот повёз его в далёкий Новосибирск.
Тома и Валя впоследствии стали подругами, часто виделись и проводили время вместе.
***
В конце ноября этого же года началась северо-финская война и полковника Лисицина после удовлетворения его рапорта отправили на фронт. Пост начальника училища занял, получивший очередное звание подполковник Кречетов.
Учебный план выполнялся неукоснительно. Разве только политинформаций стало больше. На общем собрании комсомольцев училища Юрину кандидатуру от лица командования училища предложил сам Кречетов. Предыдущий комсорг училища сложил свои полномочия в связи с окончанием обучения. Конечно, решение было единогласным. Теперь за политинформацию отвечал Юра. А это значит, что всё и без того малое свободное время он стал проводить в библиотеке, читая и конспектируя всю свежую прессу. Однажды он решил проверить, а на месте ли та брошюра, что он привёз летом. Оказалось, что оно стояла ровно там же, где её оставили, но на ней теперь было синее клеймо библиотеки училища. Гриф «секретно» к этому моменту с неё был уже снят.