Всего за 249 руб. Купить полную версию
Через час хода слева показались дома брошенного поселка, а это означало, что до института уже рукой подать. Еще немного, и по правую руку открылись взгляду подъездные железнодорожные пути, густо заросшие травой составы прибывали сюда крайне редко. Вдалеке, за угрюмым бетонным забором, виднелись не менее угрюмые институтские строения. Раскинувшиеся на два гектара стандартные корпуса были сооружены в семидесятых годах прошлого века, имели неприхотливые угловатые формы, узкие окна и ноль излишеств. В общем, институт выглядел достаточно мрачно и депрессивно, как и многие подобные постройки того времени, давно не видавшие хотя бы косметического ремонта. Когда-то здесь находился один из ведущих проектно-изыскательских НИИ, однако, после всем известных событий, здание перешло в руки Центрального Института Исследований Аномальной Зоны, или ЦИИАЗа. Руководил институтом профессор Вениамин Евгеньевич Сладков подвижник, энтузиаст, учёный с большой буквы.
Центральный въезд был с противоположной стороны, но Хлыщ по традиции решил воспользоваться боковым служебным въездом, расположенными как раз по ходу его движения. Перейдя крохотную речушку по ржавому железному мостику, он остановился у неопределённого цвета высоких стальных ворот. ЦИИАЗ охраняли с самого момента его открытия. По периметру, у входов и внутри постоянно несли дежурство порядка двадцати егерей или, как их еще называли, армейских сталкеров армсталов. Вот и сейчас на вышке маячил старый знакомый Хлыща по кличке Волчок.
Привет, Хлыщ! Волчок перегнулся через перила и помахал рукой.
Привет, привет! Я к Антонову.
Понятно, что не ко мне, ухмыльнулся Волчок, проходи, не задерживайся. И документики приготовь у нас новый начальник охраны.
Ворота распахнулись, и Хлыщ оказался на территории института. Здесь все было как всегда железные короба кубическими змеями покрывали стены зданий, прямо за воротами ржавела передвижная буровая установка на базе ЗИЛ-131, тут же стояли нестройным рядом несколько не менее ржавых мусорных контейнеров, около стены ближайшего ангара доживала свой век пара секций старинной вычислительной машины, которую и компьютером-то язык не поворачивался назвать. Хлыщ прошёл налево вдоль стены, повернул за угол и направился прямиком к входу в центральный корпус. Зашёл в стеклянные двери и остановился у проходной. На вахте сидел незнакомый мужик полный, лысый и какой-то неприятный. Возможно, сам начальник охраны.
Здравствуйте! Я к Антонову Аркадию Валерьевичу, Хлыщ протянул пропуск.
Мужик молча взял документ, поглядел в него, поднял глаза на гостя.
Внештатный сотрудник, значит, как-то недобро ухмыльнулся дежурный, читай: вольный сталкер.
Читай: внештатный сотрудник, невозмутимо ответил Хлыщ, показывая глазами на удостоверение.
Что-то я тебя здесь не припомню, сотрудник, продолжал неприятный мужик.
Ну, так и я Вас
Неприятный мужик покраснел, напрягся, но дальше наглеть не стал, только бросил: «Проходи» и вернул «ксиву».
Хлыщ прошёл в холл, непринужденно уселся на обитый кожзамом кондовый советский диван и отбил сообщение Антонову: «Я здесь. Куда идти?».
Ответ пришёл незамедлительно: «Я у себя».
Владения Антонова находились на третьем этаже практически над проходной. Хлыщ поднялся по лестнице и свернул в коридор, покрытый потемневшей от времени и грязи красной ковровой дорожкой. Через пару дверей хозяйство Антонова. Небольшая лаборатория, складское помещение и кабинет-спальня. Старший научный сотрудник, как-никак.
Есть кто дома? Хлыщ без стука приоткрыл дверь и просунул голову.
Все дома, ответили из недр кабинета, заходи, дорогой!
Антонов был классический научник: естественно в очках, блондин, лицом похож отчасти на Шурика из «Кавказской пленницы», отчасти на типичного героя лент Лени Рифеншталь, отчего Хлыщ иногда называл его в шутку «добрым арийцем». Антонов носил старомодные свитера-водолазки и классические брюки, был скромен и обходителен. Короче, анти-хлыщ. Однако, сошлись они с Хлыщём на почве общих интересов любви к научной фантастике, поэзии, бардовской песне, блюзу и советскому кино. Ну, и к Зоне, конечно.
Антонов сидел за компьютером спиной к двери. На столе чашка кофе, в блюдце дымящаяся сигарета. Весь стол в книгах, тетрадях, каких-то распечатках. Всё как всегда.
Избушка, избушка, повернись ко мне передом, к лесу задом, позвал гость.