Всего за 259.9 руб. Купить полную версию
Зал рукоплескал отважному командиру Астраханского полка.
Ох, как удачно-то всё у Петра Ивановича случилось! Наш человек! Из Измайловских лейб-гвардейцев он в армию вышел. Помню его, давно, ещё в начале своей службы на разводах при дворцовых караулах я с ним встречался, обсуждали награждение соседи слева.
Полковник Михаил Николаевич Леонтьев! Под городом Браилов сей доблестный муж разбил неприятельскую конницу и принудил её бежать в крепость. При осаде Силистрии атаковал неприятельский ретраншемент и выгнал из оного с немалым уроном оборонявшихся турок. Несмотря на тяжкое ранение, был до самого конца баталии в строю и действовал там с примерной храбростью! зачитал из наградного свитка Румянцев.
«Хороший командир, согласился в душе с этой наградой полковника Лёшка. Вместе с ним Нагорный редут Селистрии у османов забирали. Он ещё своих пехотинцев строил на его северных скатах, чтобы атаку неприятеля штыками отбивать. Сам слабый от потери крови, шатается, а перед шеренгой бодрится, стоит и кричит: Не посрамим, братцы, русской славы, не отдадим сей бастион врагу! вспоминал эпизод недавнего боя Егоров. Хороший воин, по заслугам ему награда!»
Вот и Леонтьев уже в бригадиры скаканул, вновь комментировали соседи. Ну а что, как только сухопутный кадетский корпус закончил, так его сразу же и в поручики произвели, как-никак он ведь сын генерал-аншефа Николая Михайловича Леонтьева. В родстве с Нарышкиными и Паниными состоит и вообще даже племянник Румянцева. А ты что, Серж, не зна-ал?!
Михаил Сергеевич Потёмкин! вызвал для награждения очередного кавалера фельдмаршал.
«Ну всё, теперь ему тут точно все его косточки обсосут, подумал с усмешкой Лёшка. Как-никак дальним родственником Григория Александровича приходится, того самого, чья звезда только-только начала стремительно разгораться в этом году в далёком столичном Санкт-Петербурге. Хотя, с другой стороны, этот награждаемый ведь тоже родом из лейб-гвардейцев, кавалергардов. Глядишь, может, всё-таки и помилуют его».
Секунд-майор, Байков Василий Сергеевич, прошу вас для награждения! К центральному проходу из задних левых рядов протиснулся высокий крепкий мужчина в форме артиллерийского офицера.
А этот пушкарь, сын полковника-то, куда? качали головой соседи. Он вот только в шестьдесят восьмом в штык-юнкеры был произведён, после окончания артиллерийского кадетского!
А Пётр Алексеевич уже зачитывал его наградной лист:
За проворное и искусное действие артиллерии во время поиска на Цымбру, наипаче же при деревне Изласе, когда кавалерия наша была подвержена опасности, отбив и поразив неприятеля, совершенно рассеял его!
Для награждения приглашается! генерал-фельдмаршал сделал небольшую паузу и затем начал быстро зачитывать из свитка: Капитан-поручик Егоров Алексей Петрович, командир отдельной особой роты главного квартирмейстерства армии, за личную храбрость в поисках при Туртукай и Гурабалах, а также в сражениях при Силистрии и Кючук-Кайнарджи. За недопущение захвата неприятелем тела командира дивизии, генерал-майора Вейсмана, а также знамени Ширванского пехотного полка, где он многажды ранен был, но однако же не уступил неприятелю и воодушевил наши войска на атаку!
Алексей сдвинулся влево. Два гвардейских хлыща во все глаза таращились на худенького молодого офицеришку в этом его неброском зелёном мундире и даже не думали уступать место для прохода.
Пардон, господа! и, слегка ткнув локтем крайнего в поддых, он, проскакивая к проходу, разумеется, совершенно случайно наступил второму на всю его стопу, да ещё и с проворотом каблука. Извиняйте, господа, ежели кого вдруг зашиб случаем, тесно здесь!
А главнокомандующий уже дочитывал наградную реляцию, и Егоров, проскочив по центральному проходу зала, шагов за шесть от Румянцева перешёл уже на строевой шаг. Дум! Дум! Дум! Хлопнули подошвы сапог по расстеленной красной дорожке.
Ваше высокопревосходительство! Капитан-поручик Егоров для награждения прибыл! на весь зал громко доложился егерь, вскинув руку к картузу.
Вот это я понимаю, герой! аж крякнул одобрительно пожилой полководец. Отрадно видеть в этом зале вот такого молодца, и его губы расплылись в широкой улыбке. Только ты, голубчик, уже не капитан-поручик, а господин капитан, да ещё и со старшинством с переходом в следующий свой чин. Всё, как и прописано в положении к сей высокой награде. Носи её гордо, никогда не снимая! и он приколол колодку на чёрно-жёлтой георгиевской ленте с золотым крестом к груди Егорова. Поздравляю тебя, господин капитан!