Всего за 0.01 руб. Купить полную версию
По моим подсчетам, к северо-западной окраине города я доберусь ближе к вечеру, где позволю себе короткую передышку, чтобы за ночь пройти равнину. Если мне повезет, и следующая ночь будет такой же туманной, как и эта, мне вообще нечего будет волноваться быть случайно замеченным землянами.
Ориентируясь по навигатору, я преодолевал улицу за улицей, квартал за кварталом, делая снимок за снимком. Не знаю, какие получались кадры, мне некогда было их пересматривать я старался экономить заряд батарей. Мне приходилось часто останавливаться, прислушиваясь к звукам доносившихся с разных концов улиц. Чаще всего источник этих звуков оставался для меня неизвестным, что меня очень тревожило. Несколько раз над моей головой проносились стаи птиц, потревоженные одичавшими кошками. Птицы резко вылетали из разбитых окон, громко крича и хлопая крыльями, предупреждая сородичей об опасности. Меня напугал вывалившийся из рамы осколок стекла, с грохотом разбившийся на другой стороне улицы. Мое сердце чуть не разорвалось от этого неожиданно громкого звука в тишине.
Но настоящий страх я испытал, когда, завернув за угол, наткнулся на большую дикую собаку. С криком я отпрыгнул назад. Собака, в свою очередь испуганная мной, взвизгнув, бросилась в разбитую витрину. Я выхватил из кармана пистолет и робко направил его в сторону, куда скрылся опасный зверь. Через разбитую витрину давно разграбленного магазина слышалось грозное рычание. Больше всего я опасался, что там может оказаться целая стая голодных собак и против них у меня не будет шансов. Я уже видел, как дикий пес, опомнившись от страха, выходит из мрака, ведя за собой сородичей, которых становится все больше и больше. Они скалят большие зубы, глухо и утробно рычат, постепенно окружая свою жертву. По велению охотничьего инстинкта они бросаются на меня одновременно, разрывая одежду, добираясь до плоти. На лай и запах свежей крови приторно пахнущей адреналином сбегаются стаи с соседних улиц. Моя перепуганная фантазия рисовала страшную сцену, как мое разодранное тело по частям растаскивают озверевшие собаки, после чего, разделавшись с мякотью, приступают к обгладованию костей, на которых еще оставались кусочки мяса и сухожилий. Когда короткое пиршество подойдет к концу, они еще долго будут слизывать мою кровь с дороги, пока ее окончательно не смоет дождь. Все эти страшные картины моей гибели уложились в считанные секунды. Я стал медленно уходить, не спуская глаз с магазина, из разбитой витрины которого продолжал доноситься глухой рык. Я не видел пса, скрытого в полумраке и не хотел, продолжая постепенно удаляться вглубь улицы. Мне оставалось несколько кварталов, и я выйду из этого страшного города. Пистолет, который я сейчас держал в нетвердой руке, был семизарядным. Мне дал его Гид на временное пользование. Я объяснял ему, что совершенно не умею пользоваться этим смертоносным оружием. Но он настоял на своем.
Вдруг тебе придется воспользоваться этой пушкой, напутствовал меня во время полета Гид, заставив несколько раз перезарядить обойму, пока не убедился, что я все правильно запомнил, сомневаюсь, что это спасет твою жизнь. Но продлить может быть и сможет.
В этот момент я осознавал каждое его слово, которым он меня напутствовал. Если бы на меня выбежала целая стая, как я себе представлял, мне не хватило семи патронов, даже если бы я попадал через раз. В рюкзаке за спиной лежали еще две запасные обоймы, но это уже не имело никакого значения, так как ими я все равно не успел бы воспользоваться. К тому же выстрелы могли привлечь людей, которых, как мне объяснили, очень немного в этом городе, но они всегда есть. Пусть даже шанс столкнуться с ними один из ста, выстрелы резко повышают вероятность быть обнаруженным. Но об этом я вспомнил только потом, когда уже был в относительной безопасности.
Убедившись, что меня никто не преследует, почти бегом поспешил уйти подальше от логова зверя. Я понимал, что это была всего лишь собака, пусть и большая, с повадками хищника, предки которой одичали полвека назад. Но в той атмосфере мертвого и чужого мне города все виделось совершенно иначе. У себя дома я даже не заметил бы этого пса. Но только не здесь, на Земле, где опасность исходила отовсюду.
Спустя несколько минут я остановился у входа в метро это была конечная станция всей сложной и запутанной сетки метрополитена. Контрольная точка моего маршрута, показывавшая, что я не сбился с пути. С этого места мне нужно будет придерживаться западного направления, чтобы выйти к реке, вдоль которой и будет лежать мой маршрут через равнину вплоть до нагорья.