Всего за 99.9 руб. Купить полную версию
Ты все ещё не знаешь жизни, мой милый Бенедикт!
Научи, научи, Сайрус! я был в стельку пьян и, вполне вероятно, в тот момент искренне любил и даже уважал благородного душегуба, защитника прелестных обитательниц муниципального публичного дома.
Ну не знаю, малыш
Будь милосерден! закричал я в исступлении.
Сайрус несколько помялся, но вскоре вспыхнул нелепой улыбкой и проговорил настойчиво:
Уговорил, видишь того паломника в капюшоне? он нетвердой рукой указал мне в угол комнаты, где расположился, за небольшим круглым столом, незнакомец в чёрном одеянии.
Пилигрим?
Нет! Это странник с востока! Его имя Сайрус выждал невыносимо долгую паузу -его имя «Мозаичный Кречет»!
Он рыцарь?
О, нет! Но про него ходят легенды!
И что же он забыл в борделе?
Любимую.
В борделе?
Поговаривают Сайрус мистически-томно закатил глаза -, что в прошлой жизни, он был вором, казнокрадом. И когда попал на Небеса, то встал пред вратами Рая спиной. Бог страшно разгневался и ниспослал его обратно на землю, дабы здесь отбывать кару за тяжкий грех свой! Но вновь вступив в бренную жизнь, не изменил себе «Кречет» и продолжил идти по порочной тропе, все дальше удаляясь от христовой добродетели. В Тулузе, во Франции, он совратил юную послушницу ордена Капуцинок, недавно принявшую постриг. Та, бежала из монастыря вместе с ним и понесла ребёнка, но юный грешник и не подумал сменить свой курс, он заставил прекрасную Амелию стать проституткой, но девица не вынесла позора, заколола ребёнка во чреве своём и покончила с жизнью, горло перерезав острым кинжаломВидишь клинок на столе?
Прямо перед странником лежал небольшой стилет с серебряной рукоятью:
Тот самый нож! Он всегда держит его при себе!
Сказки! Я не верю тебе!
Нет! Это истина! С тех пор «Мозаичный Кречет» бродит по борделям в поисках души возлюбленной и будет неприкаян до тех пор, пока не обретёт родное сердце или не отдаст своё!
Что это значит?
Он должен будет принести жертву соразмерную мукам молодой Амелии, иначе никогда не познать ему покоя белых холмов и красоты розового рассвета, предвещающего святую зарю над Эдемом!
Я, потрясённый удивительным рассказом, возмущённо встал из-за стола и направился к загадочному путнику, который, в свою очередь, не отрывал от меня пристального взора. Когда я приблизился к нему вплотную, он сбросил капюшон, и наконец, у меня появилась возможность детально его рассмотреть это был совсем молодой человек среднего роста с обреченным взглядом больших карих глаз, с острыми скулами и впалыми щеками, у него были густые вьющиеся волосы пепельного цвета, но грязные, словно мокрые, неприятная рыжеватая борода окаймляла его лицо, он был неестественно бледен и болезненно худ, словно не ел несколько дней. На нем была чёрная накидка и что-то вроде укорочённой туники, едва доходившей до пояса. Я нагнулся над столом и очень развязно заговорил:
Милорд, я наслышан о ваших злоключениях
Неужели? лукаво улыбаясь прервал пилигрим.
Будьте добры, не перебивать! Я пришёл выразить своё восхищение!
Чему?
Вы прожили очень необычную жизнь! Дважды!
Дважды? на лице моего собеседника отразилось вполне естественное удивление.
Не стоит скромничать, милорд «Кречет», мне обо всем известно.
Как вы меня назвали?
Вы же «Мозаичный кречет»?
Меня зовут Эверес.
Я в недоумении начал искать взглядом своего пьяного визави, но он как будто растворился:
О, прошу, не беспокойтесь. Сайрус любит рассказывать небылицы
Вы давно знакомы? постепенно, я будто начал просыпаться от долгого сна, иначе говоря, начал трезветь и задавать адекватные вопросы.
Больше пятнадцати лет. Мы впервые встретились на моей родине, в деревне Гортон, она чуть севернее Ноттингема.
То есть, вы не местный?
Да.
А здесь вы зачем?
Полагаю, затем же зачем и вы, но с более обнадеживающим результатом иронично парировал мой собеседник.
Любопытно, и чем же вы занимаетесь?
Я художник, чаще всего пишу с натуры
И хороши ваши полотна?
Никто не жаловался.
Вдруг, совершенно неожиданно, вместе с притоком эндорфинов, мне в мозг попала шальная, и как казалось в тот момент, совершенно гениальная мысль:
В таком случае, у меня есть работа для вас.
Мы пожали руки и это было начало конца.