Всего за 104.9 руб. Купить полную версию
Знаешь, девочка
Знаешь, девочка, будут такие дни,
Когда хоть волком вой, хоть лапой себя дери.
И ты не будешь ждать, чтобы тебя спасли.
Будешь искать капкан: а он у тебя внутри.
Знаешь, девочка, будут такие дни,
Когда розовый куст, растущий в твоей груди,
Бесконечно начнёт дарить аромат и цветы.
И причиной тому будет вовсе не он, а ты.
Знаешь, девочка, в самые разные дни
Руку мою покрепче в свою бери.
Я изменю назидания скучный тон:
Только бы цвёл в сердце твоём бутон
Мне говорят, что мир сейчас другой
Мне говорят, что мир сейчас другой.
Что Бог забыл про прошлые старания,
И что людей сегодня род иной
Рождается для разочарований.
И у детей сегодня скверный нрав,
И семьи создавать никто не хочет
И каждый, безусловно, в частном прав,
А в общем, слышите, влюблённые хохочут!..
И крепко держат руки и слова.
И крепко пьют любви волшебной зелье.
И также кружится весною голова,
От тёплого и мягкого апреля.
И дети, в общем, просто малыши.
И точно также в луже видят море.
Не времена виною
для души,
Которая сквозь счастье видит горе.
Все также, Друг! Смотри скорей наверх!
На Невском редкое безоблачное небо.
И также любят юных нежных дев,
И также принцами окутывают небыль
Всё тоже. Также. Мир ведёт любовь.
И Бог по-прежнему парит под небесами.
Мы сами создаём и явь, и новь,
Счастливыми иль грустными глазами
Чуть придавленная Москвой
Чуть придавленная Москвой
Я пытаюсь её пройти.
Тяжело оставаться той,
Кем была до сего пути.
Наступают на такты рифм,
Смотрят пристально на лицо.
Этот город приезжих нимф
Замыкает меня в кольцо.
Дышит роскошью и вином,
Подгоняя таких как я,
Кто стоит с чуть открытым ртом,
Снег простой языком ловя.
Этот город больших людей,
Больших драм и больших домов.
Город света и фонарей,
И пустых чёрно-белых снов.
Сброшу с плеч, будто снег, Москву.
Сяду в поезд на Ленинград.
Мне простого бы лишь чайку,
И вернуться в мой Летний Сад
История про Вдохновение[1]
История про вдохновение или как хорошо, что в моей жизни есть таксисты
Мне очень везет на людей в жизни. Вот правда. Бог посылает мне верных друзей, чудесных родственников, добрых собеседников и вдохновляющих прохожих Точно также мне везет с таксистами.
Так было и в этот раз.
В морозное солнечное утро я села в такси. Таксист был полностью облачён в чёрную кожаную одежду, на нём была дерзкая кепи-тюбетейка и солнечные очки. Звучало Наше радио. «Рокер», подумала я. Возможно Рокер тоже что-нибудь про меня подумал, но это услышало только зеркало заднего вида.
«В офис в такую прекрасную погоду?», спросил Рокер.
«Бывают моменты в жизни, когда офис вдохновляет больше, чем хорошая погода», ответила я.
Рокер гортанно захохотал: «Семья?»
Я кивнула: «А Вы смекалистый».
«Знаете, а меня тут недавно на ковёр к начальству вызывали, ругали, что с пассажирами не разговаривал во время поездки. А я им говорю, что не могу разговаривать со всеми подряд. Человек должен быть мне приятен. Начальство пожурило и сказало разговаривать даже с теми, от кого тошнит».
«Вы тестируете свой вестибулярный аппарат со мной, ну что, не тошнит ещё?», поёрничала я.
Рокер опять захохотал.
«Никогда бы не подумал, что Вы офисный клерк. Есть в Ваших глазах что-то музыкальное» Рокеру было далеко за сорок, и он слабо походил на Дона Жуана.
«Ну, из музыкального во мне только незаконченная музыкальная школа. А помимо офиса я иногда пишу стихи», произнеся это, я грустно уставилась в окно, вспоминая, когда же в последний раз я вдохновенно написала что-то действительно стоящее.
Рокер воскликнул: «Ну конечно! Я так и знал, что Вы своя! Питерская и творческая! А я сегодня еду давать интервью в FishFabrique, у меня ведь в 80-х группа своя была»