Всего за 480 руб. Купить полную версию
***
Стиш большой и неуклюжий бодается, брыкается:
С хитрой рифмой он никак не справится!
***
А оттуда вскачь несется стих-трубадур.
На кого нацеливается? Может быть, на дур?!
***
На столе лежат, никак не улежат карандаши.
На улов сейчас пойдут писать стиши!
***
С неба сыплются когда стиши,
Ты их с шуткой, весело пиши!
С радостью дружи!
***
Там тропа стишиная начинается.
Где исток ее не знаю. Пусть вовек она не кончается!
«Однажды новогоднею игрушкой слово»
Однажды новогоднею игрушкой слово
Является поэту, чтоб воображение заворожить.
Он это слово видел, слышал и писал, но снова
Оно зайчишкой незнакомым трепетным дрожит.
Оно готово приласкать все елкины иголки,
Оно забыть готово все обиды, даже падежи,
Ему не важно в речи бестолковость, толк ли.
Лови его скорей и крепче ты, поэт, его держи!
«И зазвенят божественно златые струны слова »
И зазвенят божественно златые струны слова
И слов душа низвергнется весеннею рекой.
Из слова родника пьешь жадно, ненасытно снова:
И то ли ты за словом гонишься, то ль слово за тобой.
Союз сердец и душ и слов сердечных
Неуловим и не остановим, и обоюдно жертвен.
Творенья миг является мгновенно, быстротечно:
Ты жизнью жертвуешь душою слово жертвует.
«Равно ли слово то себе, что застывает»
Равно ли слово то себе, что застывает
В строке, в стихе и в точной рифме
Знать нам не дано. И мы не знаем,
С каких высот в стих льются ритмы.
Мы лишь рабы смиренные словес,
До нас не знавших воплощенья.
И ритмы слышать нам дано небес
И словом их осуществить явленье.
Дано осуществить до нас не знаемое.
А что стремилось Слово мне сказать
Так никогда и не узнаю я.
«За таких безалаберных, как я»
За таких безалаберных, как я,
Даже стихи Господь Сам пишет.
А я грешница! набиваюсь Боженьке
в подмастерья.
Но лишь потому мой стих живет,
смеется и дышит!
«В эпоху политкорректности»
В эпоху политкорректности
Стихи писать начала.
А до того профессором-
Литературоведом была.
Хорошим литературоведом была
потому и поняла:
От полит-корректоров литературу
Кому спасать, если не профессору?
Не просто стихи писать начала
На амбразуру литературы легла
«Падают стихи, как изумруды»
Падают стихи, как изумруды,
Душу жизнью зелени животворя.
Бирюза, сапфир, выплеснув сосуды
Подарили строкам океаны и моря.
Падают стихи, как бриллианты:
Грани тайной трепетно горят.
И в малиновом рубине первозданно
Занимается стихов заря.
«Святое дело для поэта »
Святое дело для поэта
Его классическое вранье.
Где он был, а где он не был
Дело лишь одного его.
Вам он всегда на уши навешает
Одну развесистую лапшу,
Чтоб никто и никогда не лез
В его трепетную душу.
Душа его для него самого потемки
Для вас она спроектирует рай.
Сам поэт стоит уже бытия на кромке,
А ты от восторга умирай.
Не верьте ни одному земному поэту,
Что был он якобы на небесах!
Пусть он об этом расскажет Богу
Бог ему трепку взашей задаст.
А не соврет ну кто ж поверит
Его святому поэзии ремеслу?
Вот так и поклоняемся все мы
Его Величеству Вымыслу!
«Проснусь, а надо мною тень таинственно витает »
Проснусь, а надо мною тень таинственно витает
И дотянуться лишь успеть бы к всегда бегущему перу.
И призрак чуден, дерзостен, не растворяется, не тает.
И в этот миг я понимаю: мне все подвластно, я все могу.
И только от меня зависит, он опустится, иль улетит надменно,
Он станет плотью слова или, блеснув, оставит землю навсегда.
Я все могу. Могу встать на колени перед вымыслом смиренно.
Могу я вымолить у Господа единственные и бесценные слова.
И Бог поймет меня и тихо руку теплую протянет:
Бери, клюй зерна слов, росою утренней прохладною запей.
И Бог меня простит, и даст нетленную о слове память,
Златинки сладкие нездешних слов Сам по миру развеет
Теперь я все могу