Всего за 490 руб. Купить полную версию
Отдышавшись и чувствуя поддержку своих соплеменников, неудачливый вояка снова ринулся вперёд. Однако он не успел приблизиться к Лацию, как что-то накрыло ему голову. Кочевник споткнулся и остановился. Кто-то дёрнул его за меч и вырвал его из рук. Схватившись за голову, варвар почувствовал, что на голове висит кусок старой кожи. Он скинул её и заорал диким голосом меча нигде не было, а наглый раб стоял в стороне и дерзко улыбался. Он забрал у него меч и отбросил в сторону! Кочевник готов был разорвать его голыми руками. Он кинулся вперёд, но ноги почему-то совсем не слушались, и руки не поднимались, как раньше, быстро и сильно. Теперь уже никто не кричал и не подбадривал его. Лица вокруг были хмурыми и суровыми. Отчаявшись убить обидчика, кочевник кинулся к ближайшему воину и выхватил у него лук. Его товарищи заволновались, но резкий оклик Чжи Чжи заставил их замолчать. Закон был суров воин может наказать раба, как хочет. И тут произошло неожиданное.
Увидев, что обезумевший хунну хватает у стоявших в толпе лук и стрелы, Лаций понял, что не сможет уклониться от стрелы, как от меча. Он инстинктивно сделал несколько шагов назад, поздно поняв, что надо было, наоборот, идти вперёд и нападать на противника, пока тот не натянул тетиву. Движение назад было ошибкой. Его остановили и несколько рук с силой толкнули в спину. Лаций споткнулся и упал на землю. Это спасло ему жизнь. Первая стрела оторвалась от дребезжащей тетивы как раз в тот момент, когда он падал вниз. Она пролетела у него над головой и попала в живот стоявшему сзади воину. Тот вздрогнул, улыбка застыла у него на лице, затем боль пронзила всё тело, и из горла раздался хриплый стон. Все сразу же кинулись в разные стороны. Вторая стрела вонзилась в землю рядом с плечом, когда Лаций только приподнял голову. Ему было видно, как кочевник натягивает третью стрелу, и сердце подсказывало, что на этот раз он не промахнётся. Лаций успел встать на колено. В правой руке он уже держал тонкое чёрное лезвие. Никто не успел заметить короткий взмах руки и полёт ножа, потому что все смотрели, как кочевник натягивал лук. Но в самый последний момент он вдруг вздрогнул, на мгновение замер и, не выпуская его из рук, почему-то медленно опустился на землю. По толпе пробежал шёпот изумления. Опешившие воины несколько мгновений не могли пошевелиться. Они не понимали, что произошло, и со страхом смотрели на неподвижное тело своего товарища, у которого из груди торчала узкая чёрная рукоятка.
Через несколько мгновений они пришли в себя и бросились к телу. Но их соплеменник был уже мёртв. Хунну окружили Лация и смотрели на него с неподдельным ужасом и ненавистью. Чжи Чжи медленно подошёл к нему и остановился. Лаций не отвёл взгляд.
Ты живой. Он погиб
Я говорил тебе я не хочу его убивать, хриплым от волнения голоса произнёс Лаций. Он чувствовал, что сейчас всё зависело только от решения этого невысокого человека с угрюмым взглядом.
Его похоронят по нашим обычаям. Я обещал тебе жизнь. Иди к своим людям. Тебя никто не тронет!
Прости, могу я тебя спросить ещё? чувствуя, что другого момента может не представиться, спросил Лаций.
Что ты хочешь? нахмурился вождь.
Можно я возьму кожу для сапога?
Чжи Чжи так громко расхохотался, что все с удивлением посмотрели в его сторону, не зная, что делать то ли убить раба на месте, то ли простить.
Бери, сколько тебе надо!
Скажи, куда нас ведут? И зачем?
Глупый человек, ты со своими людьми должен будешь построить мне дворец и город! гордо произнёс вождь, подёргивая рыжей бородой.
А что будет потом?
Потом?.. переспросил кочевник и задумался. Потом вы все там будете жить.
Мы построим тебе самый лучший город, громко произнёс Лаций. Скажи, но ты отпустишь нас потом?
Ха-ха-ха! рассмеялся вождь хунну. В наших степях самая прекрасная жизнь. Только здесь есть свобода и сила! он перестал улыбаться и добавил: Если ты сам захочешь уйти, тебя никто не будет держать! Но не забудь, что ты должен построить мне настоящий дворец! шанью́́й повернулся и что-то громко сказал своим воинам. Те расступились и освободили Лацию дорогу. Оставаться дальше с этими непредсказуемыми людьми было опасно, и он поспешил уйти обратно. А нож так и остался в теле кочевника.