Всего за 239.9 руб. Купить полную версию
Достаточно известной является история, как Галилей якобы вызвал на спор профессоров, чтобы устроить эксперимент с падением двух предметов разного веса, брошенных с самого верха Пизанской башни согласно Аристотелю, тяжёлый предмет должен был обогнать в падении лёгкий. Галилей же утверждал, что они упадут одновременно. В многочисленных учебно-познавательных материалах можно встретить рассказ, как Галилей тогда якобы «утёр нос» профессорам-перипатетикам. Единственным источником этой истории является ученик Галилея Винченцо Вавиани, проведший с ним последние 2,5 года его жизни он пишет, что утверждение Галилея было подтверждено многочисленными опытами бросания предметов с высоты Пизанской башни в присутствии студентов и преподавателей (8, с. 336). Однако факт такого опыта ставится под сомнение многими биографами Галилея и историками науки. Более подробно вопрос свободного падения тел мы рассмотрим позже8.
Своими постоянными спорами Галилей создал себе в Пизанском университете не очень хорошую репутацию. Ещё в годы учёбы он получил здесь прозвище «задира», а став преподавателем, это прозвище вполне оправдывал. Испорченные отношения с другими представителями науки вынудили Галилея покинуть этот университет по окончании договора в 1592 году. Но преподавательская карьера на этом не прервалась он получает место профессора математики Падуанского университета, обойдя в борьбе за эту должность Джованни Антонио Маджини, у которого заканчивался договор в Болонском университете, и с которым Галилею ещё предстоит в жизни неоднократно встретиться. Переезд в Падую был для него благоприятен не только по причине отсутствия испорченной репутации размер жалованья здесь был значительно выше, нежели в Пизе.
В Падуе Галилей начинает приобретать популярность благодаря своим новым изобретениям: термоскопу предшественнику термометра, и пропорциональному циркулю (геометрическому и военному компасу). Впрочем, авторство изобретения Галилеем термоскопа ставится под сомнение, ибо подобные приборы в те времена уже использовались9. Неоднозначно всё и с пропорциональным циркулем, по поводу авторства которого Галилей подал в суд на Бальдассаре Капра, написавшего книгу с описанием того же циркуля. Галилей суд выиграл, однако, надо полагать, лишь потому, что опубликовал свою работу раньше; кто же его на самом деле изобрёл вопрос остаётся открытым. Пропорциональный циркуль имел хорошую коммерческую ценность, ибо был весьма полезен баллистикам и кораблестроителям. Поскольку материальное положение Галилея было весьма скудным, изобретение этого компаса оказалось весьма кстати он поставил его производство на поток, наняв ремесленника, который вместе со своей семьёй поселился в его доме. Дополнительный заработок в немалой степени способствовал тому, что Галилей смог оплатить спустя пару лет приданое своей сестре. В то же время его младший брат музыкант Микеланджело, переехавший в Германию, отказался платить свою долю приданого, которую стали требовать с самого Галилея
Другим средством дополнительного заработка для Галилея становятся частные уроки. И одним из его учеником был не кто иной, как Козимо II Медичи. Галилея письмом уведомляли о желании воспользоваться его услугами, и он отправлялся на герцогской карете в один из дворцов Медичи, где жил в роскошных условиях и занимался обучением юного наследника. У Галилея сложились хорошие отношения как с самим наследником, так и с его родителями Галилей даже был гостем на свадьбе Козимо II и Марии Магдалины Австрийской. Когда в 1609 г. Фердинандо I Медичи внезапно тяжело заболел и умер, великим герцогом Тосканским стал Козимо II. Галилей тут же принялся своё знакомство с ним использовать для получения должности придворного математика. Однако первоначально его попытки остались без ответа.
Во время пребывания в Падуе Галилей начинает переписываться со многими учёными из других стран, в том числе обменивается письмами с Кеплером. Ещё в 1596 г. вышла работа Кеплера «Космографическая тайна», где автор пытался с помощью геометрической схемы дать обоснование коперниковской теории. Галилей получил эту книгу от своего знакомого Паоло Амбергера, и, ознакомившись с ней, сразу решил написать Кеплеру. В своём письме (от 4 августа 1597 г.) он пишет, что, руководствуясь системой Коперника, ему удалось найти объяснение многим явлениям, которые другими гипотезами необъяснимы, и он имеет аргументы, опровергающие эти гипотезы, но не решается их опубликовать из-за боязни насмешек, которым до сих пор подвергается коперниковская теория. При этом он говорит о «бесчисленном множестве» насмехающихся над теорией Коперника, сопровождая это примечанием «ибо таково число дураков» (7, с. 68). Обратим на это внимание Галилей не говорит, что они заблуждаются, не говорит, что они неправы, а сразу объявляет, что они все дураки. Это подхватят многие историки науки, преподнося всё так, что «великому гению» противостояли дураки. И. С. Дмитриев даже пытается дать рецепт поведения с дураками: