Всего за 119 руб. Купить полную версию
А иначе, боюсь, долго ты не протянешь, заботливо проворковал он. Терпеть такую боль на протяжении длительного времени невозможно. А она теперь будет твоим постоянным спутником. Не повезло тебе в книге описывается два совершенно различных сюжета развития событий. Могло быть и не больно, а наоборот. А вот поди же
Наверное, зелье это действительно помогло. По крайней мере, сознание я в этот раз не потеряла и даже смогла доковылять до зеркала. Боль, однако же, меньше не стала. Да и как иначе, когда твою спину вспарывают острые лезвия, а душу рвут на части и выворачивают наизнанку темные заклинания?!
Мутным, потухшим взглядом окинула я темную гладь зеркала и обмерла.
Обнаженное тело, покрытое красной ритуальной субстанцией, заколотые на макушке волосы, белое как мел лицо, глаза, в которых теперь уже навеки поселился ужас, с неестественно расширенными зрачками, затопившими чернотой всю радужку. А за спиной
За спиной у меня колыхались призрачные, почти невидимые, голубоватые крылья. Они были настолько эфемерными, что невозможно было понять, есть ли они на самом деле или являются всего лишь плодом больного воображения.
О, да экзальтированный шепот стоявшего подле меня мага, облаченного в свое багряное одеяние, убедили меня, что крылья все же есть, а не пригрезились мне в красном мареве боли, где разум мой и все чувства плавали в каком-то полузабытьи. У нас получается Девочка моя, у нас получается!
И этот безумец схватил меня за талию и закружил по залу. Мне было все равно. Мне уже все было безразлично, и хотелось только одного чтобы этот кошмар поскорее закончился.
Я чувствовала, как по спине у меня струится кровь, раны болели, но крылья не ощущались совершенно.
Вдруг господин Дэнстар с ужасом уставился мне за спину.
Пропали! его пронзительный вопль разнесся по всему Ритуальному Залу.
Он поставил меня на пол, развернул спиной к себе и принялся судорожно ощупывать свежие разрезы, раздвигая края и шаря пальцами в окровавленной, трепещущей плоти.
Тут-то я и провалилась в черное ничто.
Глава 5
После каждого нового проведенного ритуала мне становилось все хуже и хуже, все больнее и больнее, все невыносимее. Я потихоньку сходила с ума.
Зато крылья мои крепли с каждым последующим обрядом, становились ярче и материальнее, обрастали все новыми деталями, я их уже чувствовала и даже могла ими шевелить. Но финал каждый раз был один крылья бесследно исчезали, оставляя только свежие раны поверх множества других, еще не заживших.
Дэнстар приходил в ярость, тряс меня за плечи и кричал, брызгая слюной, что я порченая драконида с водой вместо крови и что он только напрасно тратит на меня свое время, силы и магию.
Безвольной куклой болталась я в его руках, соглашаясь со всем, что он говорил.
Я была окончательно сломлена. Жизнь потеряла всякий смысл, да и можно ли назвать существование, полное боли, страданий и унижений, жизнью?!
Я больше не могла выполнять свои обязанности травницы ослабевшие тело и разум отказывались делать столь сложную и утомительную работу, как поиск и сбор в лесу и на лугах трав с последующей обработкой каждого стебелечка, каждого цветочка (причем разные травы требовали разной же обработки) и варка зелий. Ни физически, ни умственно справиться с этим мне уже было не под силу.
Все время, проходившее от одного ритуала до другого, я проводила у себя в комнатах, бродя как призрак из угла в угол, а чаще всего просто лежа на кровати, уткнувшись лицом в подушку. Лежать на спине я не могла не позволяли никогда не заживающие, не успевающие даже подсохнуть, раны.
Я не ходила даже в столовую и, если бы не господин Дэнстар, распорядившийся, чтобы еду мне доставляли прямо в комнаты, я бы умерла с голоду. Впрочем, так оно было бы лучше. Морить же себя голодом, когда совсем рядом только руку протяни стояли тарелки с едой, мне не хватало ни мужества, ни решимости. Несмотря на мое ужасное, полное боли, существование, сознательно попытаться уйти из жизни я не могла все еще слишком сильны во мне были заложенные самой природой инстинкты. Да и мой мучитель не позволил бы мне умереть другого обладателя крови драконид у него не было, и он продолжал свои безжалостные эксперименты.
Друзей своих я растеряла да и могло ли быть иначе, если я все больше и больше отдалялась от прежней жизни, став в результате совершеннейшей затворницей. Они не понимали этих перемен, а объяснить, что со мной происходит, я не могла была крепко-накрепко запечатана данной наставнику клятвой. Я бы и сбежать не смогла, даже будь у меня на это силы не дала бы все та же самая клятва. Ведь побег этот был бы во вред господину Дэнстару, а сделать что-то, могущее повредить ему, я не могла.