Всего за 149 руб. Купить полную версию
Уместно будет сообщить, что мы не горим желанием принижать Карла Маркса. Напротив, мы хотим показать его по возможности объективно. И если кто-то, возможно, увидит в чем-то «принижение», то это оттого лишь, что встающий на наших страницах образ, возможно, отличается от канонизированной иконы, которой люди привычно поклоняются.
В отличие от того, о чем мы пишем, мы просим понимать буквально то, что мы пишем. Вне всякого сомнения, Маркс был выдающейся фигурой и неординарным явлением в культуре XIX века. В данном же случае мы обсуждаем вопрос о его репутации как мыслителя.
Ведь уже во второй половине ХХ века известный американский экономист писал: мол, многие не представляют себе, «что этот страстный агитатор был в душе ученым, кто, по замечанию Шумпетера, боролся с каждым фактом и каждой идеей и часто достигал подлинно полезных обобщений о том, как живут люди. Маркс был заинтересован, говорит Шумпетер, в проблеме как таковой и прежде всего был озабочен совершенствованием инструментов анализа, предлагаемых наукой его времени, выправлением логических трудностей и построением теории, которая по своей природе и своим целям была бы истинно научной, независимо от ее недостатков»[10].
Так что в одной цитате мы имеем мнения сразу двух крупных ученых ХХ века, один из них экономист мирового уровня. Нелишне будет сказать при этом, что оба высказали в адрес марксизма немало критики
Традиционно принято (было принято?) приписывать Марксу ряд выдающихся открытий и прозрений в политэкономии, социологии, философии. Кое о чем нам предстоит говорить подробно дальше. Сейчас же позволим указать на одно открытие Маркса, которое почему-то не принято ему вменять. Относится оно к области социальной психологии, играет в марксизме не оцененную еще роль, а заключается в способности создания устойчивых предрассудков о себе в глазах других людей.
Термин «предрассудок» мы (не вкладывая в него одиозный смысл) понимаем как мнение, основанное не на доводах разума и (или) личном опыте, а на априорной убежденности иррационального происхождения. Ничего особенного. Те три презумпции о Марксе и Энгельсе, с которых мы начали, также составляют распространенный предрассудок. А русские издатели в Америке 80-х эмигранты из СССР! диссиденты! свободомыслящие! отказывавшиеся публиковать мою рукопись, они что, прониклись почтением к Марксу в советских вузах, когда готовили шпаргалки к экзамену по политэкономии? Нет, раньше, ибо уже тогда они «знали» Еще со времен, когда сидели на горшке в детском саду.
Предрассудочное знание является главной основой репутации Маркса-мыслителя.
Вторая причина неудач множественной критики марксизма заключается в попытке бороться с предрассудками инструментом рассудка.
Мы предостерегаем ученых от неверного пути. Во избежание возможных недоразумений относительно назначения и содержания настоящей монографии заявляем со всей серьезностью: мы не ставим себе целью опровержение марксистского учения.
Наша задача много скромнее. Мы просто подвергаем марксизм изучению без гнева и пристрастия. Прежде всяких выводов и характеристик, прежде борьбы за или против марксизм следует описать адекватно. Мы пришли к выводу, что мало кто из опровергателей марксизма отдает себе отчет в том, с чем они имеют дело.
Высшая категория сложностиШироко распространен предрассудок относительно причин того, почему Маркса особенно «Капитал» трудно читать. Считается, что причина в чрезвычайной сложности трактуемых материй. Понятное дело, глубокие мысли не лежат на поверхности.
В то же время всем известно, что необыкновенно сложные материи Маркса каким-то образом могут быть изложены на уровне понимания среднего слесаря.
Сами основоположники любили щегольнуть этой особенностью своего учения. Незадолго до смерти, в 1891 г., Энгельс (к тому времени патриарх рабочего движения) писал:
Насколько необразованные рабочие, для которых легко можно сделать понятными самые сложные экономические выводы, превосходят наших заносчивых «образованных» людей, для которых такие запутанные вопросы остаются неразрешимыми на всю жизнь (22/205).
Точку зрения Энгельса подтверждает рабочий Шариков, Полиграф Полиграфович[11]: «Чего мудрят? Отнять все да поделить!» Можно найти некоторую иронию в том, что это был отзыв о переписке Энгельса с Каутским двух именно «образованных»