Всего за 1039.9 руб. Купить полную версию
Организуя работу по выявлению кадровых разведчиков и агентуры иностранных спецслужб, контрразведывательные подразделения вынуждены кропотливо просеивать огромный объем информации. Подавляющее большинство сообщений о лицах и фактах, подозреваемых в ведении шпионажа, в конечном итоге, оказывались «пустышками». Однако контрразведка тщательно проверяла каждое сообщение с тем, чтобы среди массы лиц и событий найти следы реальной деятельности спецслужб противника. В этом отношении работа контрразведки сродни работе золотоискателей, старающихся обнаружить крупинки благородного металла среди огромных завалов пустой породы.
Правильность этого положения подтверждает знакомство с архивными документами, отражающими начальный период в работе отечественных органов контрразведки, когда они впервые столкнулись с массой фактов, которые по внешним признакам имели отношение к деятельности иностранных спецслужб.
К примеру, буквально через месяц после развертывания контрразведывательных отделений при штабах военных округов, а именно в августе 1911 г. на территорию Российской империи въехали четыре гражданина Китая: У-Синь-Чань, Чень-Си-Чань, Чжен-Цзи-Цу и Чень-Цзинь-Шань. Цель приезда в Россию заключалась в продаже фарфоровых фигурок.
Однако через несколько месяцев поведение китайцев, активно передвигавшихся по территории империи, привлекла внимание контрразведчиков. Отправным моментом стало посещение У-Синь-Чанем управления штаба 47-й пехотной дивизии, дислоцированного в Саратове. Китаец явился в помещение канцелярии управления и, особо не пытаясь продать свой товар, в разговоре с нижними чинами пытался разузнать дислокацию частей дивизии. Военнослужащие проявили бдительность и препроводили любопытного китайца в местную полицию. Там чины полиции установили его личность, а затем отпустили.
Саратовская губерния входила в состав Казанского военного округа, за безопасность частей и соединений которого отвечало контрразведывательное отделение штаба Московского военного округа. Когда московские контрразведчики в начале 1912 г. провели анализ полицейских отметок о временном проживании, которые имелись в паспортах китайцев, то оказалось, что они въехали на территорию Российской империи в августе 1911 г. из г. Шанхая (Китай) и в сентябре того же года прибыли в Одессу. После этого они последовательно побывали в Таганроге, Саратове, Тамбове, Козлове, Владимире, Шуе, Иваново-Вознесенске, Нижнем Новгороде, Ярославле, Рыбинске, Самаре, Симбирске, Казане, Херсоне, Анапе, Новороссийске, Георгиевске, Пятигорске, Камышине, Виннице, Нахичиване, Костроме, Мелитополе, Тифлисе, Калуге, Грозном и, вероятно, в некоторых других, неотмеченных в паспортах населенных пунктах. Причем, некоторые из перечисленных городов они посещали неоднократно.
Приблизительный подсчет, который провели контрразведчики, показал, что каждый из китайцев только на одни переезды по железной дороге и на пароходах должен был затратить за это время более 300 рублей. Если же сюда добавить расходы, связанные с уплатой за ночлег, питание, а также на покупку и перевозку товара, то эта сумма значительно увеличивалась. Контрразведчики сделали обоснованный вывод о том, что китайцы вряд ли могли выручить такие деньги от продажи не пользовавшийся особым спросом фигурок и, следовательно, их бизнес был убыточным. Возникал вопрос о реальной цели их пребывания в Российской империи.
Начальник контрразведывательного отделения штаба Московского военного округа (МВО) подполковник В. Г. Туркестанов обратился в этой связи с просьбой к начальникам губернских жандармских управлений, входивших в район ответственности КРО губерний с просьбой в случае появления на их территории указанных китайцев провести их обыск и опрос. Кроме того, он проинформировал о китайцах московское и нижегородское охранные отделения, штабы Московского и Казанского военных округов, а также штаб Отдельного корпуса жандармов.
После получения информации из Москвы начальник Уфимского ГЖУ сообщил, что разыскиваемые китайцы проживали в Уфе около 2 дней и до их установления жандармами, 6 сентября 1912 г., убыли в неизвестном направлении. За время проживания вели себя крайне подозрительно. Бродили днем по городу, а ночью запирались в номере гостиницы и что-то писали. Никаких вещей для продажи они при себе не имели.
Контрразведчики и жандармы продолжили розыск подозрительных китайцев. К сожалению, имеющиеся архивные документы не содержат сведений о конце этой истории. Можно только выдвинуть две возможные версии о характере поездки китайцев по территории империи. Первая из их них китайцы реально пытались торговать своим товаром, а вторая имела место шпионская деятельность, которая осуществлялась, вероятнее всего, в интересах японской разведки во время поездок по России.