Всего за 479 руб. Купить полную версию
В саду за домом раздавалось громкое потрескивание это периодически стрелял искрами небольшой костер, который традиционно разжигали на выходных. Один из череды таких же костров, горевших в ее саду за последние три года. Ее супруг любил сжигать мусор13, который собирался за неделю в их домике-бунгало в Северной Калифорнии.
Был вторник, 30 мая 1933 года. Пламя с шипением поглощало огромное количество отходов: садовые обрезки, завядшие артишоки14, давно высохших улиток, ненужную бумагу, обрывки брезента и даже кости от стейка. Иными словами, все, что, по мнению Дэвида Лэмсона, могло превратиться к полудню в пепел. Едкий запах усиливался, словно от подгоревшего мяса у нерадивого повара, но Аллен Лэмсон не жаловалась. Такие костры позволяли удовлетворить манию ее супруга к порядку в доме.
Считалось большой честью жить в престижном квартале Пало-Альто, где селились преподаватели Стэнфордского университета, в процветающем сообществе в полусотне километров к югу от Сан-Франциско. Сейчас здесь центр высоких технологий, сердце Кремниевой долины, но и в 1930-е сюда стекались богатые, образованные и влиятельные люди. Домик Лэмсонов был зажат между роскошными особняками профессорско-преподавательского состава15 в окружении великолепных рощ виргинского дуба и цветущих эвкалиптов на территории университетского городка. К тридцатым годам Стэнфорд получил мировое признание университет стал оазисом для будущих ученых, которые могли себе позволить дорогостоящее частное образование. Остальные американцы в это время продирались сквозь четвертый год Великой депрессии[4], который позже назовут самым тяжелым16.
Коттедж Лэмсонов на Сальватьерра-стрит со стилизованными под Испанию красной черепичной крышей и увитыми плющом оштукатуренными стенами смотрелся довольно скромно по сравнению с дворцами соседей. Всего в десяти минутах ходьбы располагалась внушительная трехэтажная резиденция17 бывшего президента Герберта Гувера[5]. Его супруга, первая леди Лу Генри, увлекалась архитектурой. В 1919 году она принимала участие в разработке проекта виллы площадью 460 квадратных метров в новомодном тогда интернациональном стиле, характерном для европейских усадеб. В 1920-х леди Гувер курировала строительство семи одноэтажных особняков преподавательского квартала, предназначенных для младших сотрудников университета. Цены на эти дома варьировались от 4000 до 7000 долларов. Один из них и приобрели Лэмсоны.
Потерпев сокрушительное поражение на выборах от демократа Франклина Делано Рузвельта[6], президент Гувер удалился в свою просторную калифорнийскую резиденцию. Многие американцы винили Гувера в разразившейся Великой депрессии катастрофическом обрушении экономики, которое началось с биржевого краха всего лишь через семь месяцев после того, как республиканец занял президентское кресло.
К 1933 году по Америке расплодились стихийные трущобные поселки так называемые «гувервили». Миллионы обнищавших американцев стояли в очередях за благотворительной помощью, питались в бесплатных столовых, а Гувер в это время вернулся в Пало-Альто, оставив преемнику непростое «наследство». В отличие от помпезной резиденции Гувера, занимавшей целый гектар, уютный домик Лэмсонов отлично подходил для небольшой семьи. И Дэвид чуть ли не каждый уик-энд с гордостью наводил порядок в своем саду. Многие из тех, кто проживал в 1933 году в Пало-Альто, были, несомненно, удачливее, нежели остальная нация. Страна преодолевала мировой экономический кризис с 1929 года. Великая депрессия разорила миллионы семей: без работы остались 15 миллионов американцев почти четверть всего населения США. Однако большинство жителей Пало-Альто преуспевали или хотя бы не нуждались.
Преподаватели Стэнфорда по-прежнему обучали студентов и занимались научной деятельностью18. Университетские целевые фонды, пополняющиеся за счет пожертвований, сократились, зато спорт и наука процветали. Город существовал благодаря средствам, которые тратили преподаватели и другие сотрудники университета.
В Северной Калифорнии стояло чудесное летнее утро: ярко-голубое небо, в воздухе только начинало разливаться тепло. В отличие от Области залива Сан-Франциско, которая лежала севернее, Пало-Альто был защищен от прохладных летних туманов горами Санта-Круз. От костра поднимался черный дым. Мусор медленно догорал. А под ним лежал безобидный кусок металла, который так и не расплавился, а лишь почернел среди тлеющих углей. Через несколько часов этот предмет станет ключевой уликой.