Всего за 299.99 руб. Купить полную версию
Я думал о предложении. Соглашаться или нет? Все имеет свои плюсы и минусы. Чего здесь больше? Я не хотел напрягаться с решением. Времени оставалось уйма. Аж до завтрашнего дня. Успеется.
Надо было проведать Кирилла. Мы с ним бог знает сколько не виделись. Я приехал к Марине. Как привычно звучала трель звонка, легкая, мажорная. Щелкнул на высокой ноте замок, и в приоткрывшийся проем я увидел знакомое тонкое лицо.
Привет, Марина распахнула дверь. Заходи.
В квартире было тихо. Будто в пустом концертном зале.
Где Кирилл?
С мамой на даче.
Жаль. Давно его не видел Как он?
Нормально. Есть хочешь?
Хочу.
Марина пошла в кухню. Я двинулся следом.
Куда ты пропал? поинтересовалась Марина, открывая дверцу холодильника.
В Москве многое происходило. Путч и прочее.
Небось, торчал у Белого дома. Ее улыбка была насмешливой, но без тени ехидства.
Торчал. Думаешь, зря?
Не знаю. По-моему, надеяться на тех, кто называет себя демократами, так же глупо, как и на коммунистов.
У меня не было никакого желания переубеждать ее. Пусть. В конце концов, если демократы умеют лишь кричать «Долой!» и скидывать с постаментов памятники, гривенник им цена. И мне за компанию.
Может, нам в этом году отдать Кирилла в школу? задумчиво проговорил я.
По-моему, этого не стоит делать, с легкостью выдохнула она.
Почему?
Ему без малого полгода до семи. Куда спешить. Он еще не готов к школе.
Талантливые дети идут в школу с шести.
Марина посмотрела на меня снисходительно.
Талантливыми детьми надо заниматься. Регулярно и много.
Я предпочел промолчать камешек упал и в мой огород.
Овощной суп был хорош. Домашние котлеты с жареной картошкой тоже. Давно не ел по-человечески. Все на ходу, всухомятку. Марина сидела напротив и спокойно смотрела на меня. Так смотрят на мужчину, которого, несмотря ни на что, терпят.
Она была красивая бывшая моя жена. И выглядела хорошо: цветущая, загорелая. Но какая-то не слишком веселая.
У тебя кто-нибудь есть?
Есть, выдохнула она.
Что-то серьезное?
Нет.
Мне стало обидно за нее.
Почему ты не выйдешь замуж?
Не получается. Ее улыбка отдавала осенней печалью. Как и у тебя.
Я никого не искал. Мужчине проще одному.
Ее усмешка получилась чересчур грустной.
Чай будешь?
Да.
Попивая чай, думал о предложении. Не хотел я быть чиновником, торчать с утра до вечера в скучном кабинете. И отказаться не мог. Любопытство донимало меня: что получится? Влекла возможность оказаться во власти, испытать то, что прежде не испытывал.
«Надо соглашаться, решил я. Надоест уйду. Что за проблема?»
Утром я вошел в кабинет Александра в каком-то бесшабашном состоянии.
Согласен.
Он посмотрел на меня зачумленным взглядом. Не понял, о чем речь.
По поводу работы у президента.
А-а Ну и правильно. Езжай в Белый дом. Александр что-то написал на бумажке. Найди этого человека. Записка перекочевала ко мне в руки. Я ему позвоню.
Победные марши отнюдь не звучали во мне, когда я входил в здание, которое недавно защищал. Я ждал, что получится из моей затеи.
Через несколько часов я получил кабинет на одиннадцатом этаже с прекрасным видом на реку. Стол с несколькими телефонами, шкаф для документов. Обычная обстановка. Вот уж не думал, что стану чиновником. Мне всегда виделось в этом нечто серое, подобное заунывной мелодии. И нате вам свершилось. Я примерялся к чистенькой комнате, к ее вытянутому пространству, к мыслям, которые должен был иметь здесь. И сомневался в том, что поступил правильно.
Раздался звонок, мягкий, мелодичный, вежливый. Кто мог звонить мне? Ошиблись? Я поднял трубку.
Здравствуй, раздался бодрый голос Эдуарда. Поздравляю с назначеньицем.
Откуда ты узнал? опешил я.
Мы всё знаем. Работа такая, он хохотнул.
Спасибо, ответил я на низкой ноте.
Вот что. Мы с Настей приглашаем тебя в гости. Приезжай к нам в субботу. Хорошо?
В самом деле, почему бы не познакомиться с его семейством? Родственники мы или нет?
Приеду, твердо сказал я.
Новая работа походила на езду по глубокой колее. День был заполнен уймой дел, важных и не очень, они цеплялись одно за другое, заставляли напрягаться, искать решения, звонить, писать, добывать информацию. И так получалось, что вечер наскакивал с невероятной быстротой, а дел не убавлялось, и жизнь казалась бесконечным движением по кругу, некой каруселью, вращение которой сопровождается бойкой, вконец надоевшей музыкой.