Хозяин одного из хайнаньских храмов показал дощечки с именами предков. При этом пояснил, что на дощечках представлены имена предков-мужчин, принадлежащих четырем последним поколениям. Пока дощечки находятся в часовне, никто из сородичей не может взять себе имена, зафиксированные на этих дощечках. «Когда умру я, продолжал мужчина, в часовню положат дощечку с моим именем, а дощечку моего прапрапрадеда уберут. Его имя тут же будет дано новорожденному в семье, тем самым одна из добродетелей семьи, которая сохранялась четыре поколения в храме, вернется в реальную жизнь потомков, будет им помогать».
Предков поминают также у домашних алтарей, а то и просто на улицах, с помощью гадальщиков и самостоятельно. В Сингапуре 1960-х годов я неоднократно был свидетелем того, как посреди шумных и людных базаров пожилые особы поджигали целые кучи бумажных имитаций разнообразных предметов, якобы необходимых усопшим предкам, денежных банкнот, лошадей, повозок, тарелок, кроватей, золотых и серебряных слитков.
Очень, кстати, рациональная традиция (так же, как и поедание живыми всамделишной пищи после того, как она «отметилась» коротким пребыванием на алтаре жертвоприношений предкам). В древности нравы были и более суровые, и менее рентабельные. В склепы усопших вельмож порой замуровывали живых слуг в придачу к драгоценностям, шелкам, резной мебели и полным сил лошадям.
В старину в Цинмин устраивались и иные утехи, включая игры с мячом, петушиные бои, собачьи бега. Особой популярностью пользовалось запускание воздушных змеев. Китайцы изобрели их еще в VIV веках до н. э. и использовали даже в военных целях (подавая с помощью воздушных змеев различные сигналы). Изготовляли их самых различных конфигураций, снабжали свистками и другими приспособлениями. Постепенно привычка запускать змеев перестала быть прерогативой Цинмина. Это делается в любой ветреный денек.
Конфуцианство и легизм
На богатства и почести, приобретенные нечестным образом, я смотрю как на блуждающие облака.
КонфуцийКак-то вскоре после приезда на работу в советское посольство в Пекине (в 1982 году) мы с женой ходили по универмагу для иностранцев «Дружба». В отделе фарфора я поинтересовался у продавщицы:
Что это за статуэтка? Святой или герой древности?
Продавщица, усмехнувшись, ответила загадочно:
Это тот, кого недавно приказывали «добить как крысу, перебегающую улицу».
Я сообразил, что речь шла о великом китайском мыслителе Конфуции. Во время «культурной революции» была развернута кампания «критики Линь Бяо и Конфуция».
В чем только не обвиняли Конфуция! Древний мудрец якобы пытался «возродить права и власть рабовладельческой аристократии», «реставрировать старую реакцию и заставить рабов во всей стране покорно склонить голову». «Старикан Кун, указывалось в одной из разоблачительных статей, во-первых, не понимал революционной теории; во-вторых, не умел заниматься производительным трудом, был начисто лишен каких-либо талантов и являл собой лишь большой мешок, наполненный трухой. Трудовой люд взирал на старикана Куна как на крысу, которую все гонят и бьют»[1]
В другой статье утверждалось: «Класс помещиков и буржуазия превозносили Конфуция до небес. На самом же деле он отнюдь не такой уж выдающийся. Он не только не знал ремесел, ничего не понимал в земледелии и огородничестве, но к тому же ничего не смыслил в тенденциях развития общества того времени. Вся его ученость попросту труха, которую трудовые люди и в грош не ставили. В их глазах Конфуций был не кем иным, как паразитом и невеждой»[2].
Согласно пропагандистам «культурной революции», народные массы часто нападали на Конфуция и его учеников, вынуждая их бежать «как псов, потерявших дом». Те же пропагандисты шельмовали Конфуция и его последователей за «извечное капитулянтство», нежелание отстаивать интересы государства перед лицом угроз извне.
В кампанию по разоблачению Конфуция были вовлечены миллионы китайцев от кадровых работников до крестьян, от пенсионеров до школьников младших классов. Все они должны были участвовать в шествиях и собраниях, произносить гневные речи, громить конфуцианские храмы. В качестве подспорья власти миллионными тиражами выпускали книжечки и наглядные пособия (картинки, лубки, комиксы) с разъяснением «гнилой сути» конфуцианства. «Реакционер», живший более двух тысяч лет назад, поносился на чем свет стоит в бесчисленных радиопередачах, статьях, брошюрах и книгах. По городам и деревням страны спозаранку и до глубокой ночи несся боевой клич: «Добьем Конфуция как крысу, перебегающую улицу!»