Самое удивительное, что вся эта грандиозная работа выполнялась в экстремальных условиях, когда столицу империи с нарастающей силой осаждали повстанцы, в конце концов ее победившие. Могильный комплекс врага, Цинь Шихуанди, они, однако, не тронули.
Последующие императоры возводили целые загородные дворцы с величественными храмами, павильонами, башнями, прекрасными садами и всевозможной челядью. Под Пекином в живописной долине, окаймленной зубчатыми горами, раскинулся комплекс усыпальниц тринадцати императоров Минской династии. На несколько большем удалении от столицы нашли вечный покой императоры последней, Цинской династии. В различных районах страны были воздвигнуты десятки других пышных городов мертвых.
Люди победнее хоронили родичей скромнее. Крестьяне предпочитали склоны гор, а если такое было невозможно, использовали под могилы собственное поле, обочины дорог. Делают это и сейчас, несмотря на строго звучащие запреты.
Праздник Цинмин связан именно с могилами. Как утверждает официальная пропаганда, после образования КНР Цинмин потерял религиозное значение, особенно в городах, где он ныне знаменует собой пробуждение природы от длительной зимней спячки. Первоначально, в глубокой древности, Цинмин имел как раз такой смысл. Не случайно отмечается он весной, в начале апреля. Да и название праздника красноречиво на русский Цинмин переводится как «чистый и светлый» (словно апрельская природа).
Тем не менее уже на протяжении тысячелетий Цинмин ассоциируется в сознании китайцев прежде всего с поминовением предков. В этот день принято посещать могилы родственников, ухаживать за ними и совершать определенные обряды. Горожанам следовать традиции непросто. Ныне в городах покойников принято кремировать, причем пепел хранится в крематориях не более пяти лет.
Власти поощряют в Цинмин патриотические мероприятия возложение венков к монументам государственным деятелям, революционерам, военачальникам, гулянья в местах, связанных с памятью выдающихся личностей. В начале 1980-х годов была возобновлена церемония поминания одного из главных предков ханьцев Хуанди (Желтого императора) в провинции Шэньси, на месте, которое считается могилой этого легендарного правителя.
Но людям этого мало, им надо общаться с собственными родичами. В мегаполисах для данной цели используется домашний алтарь. Но у многих горожан остаются корни в деревне. А там Цинмин и культ предков в целом не смогла сломить даже безумная «культурная революция». Паломничество к могильникам снова в моде.
Я не раз наблюдал китайцев в Цинмин еще в 1960-е годы в Сингапуре, а позднее и один, и вместе с Наташей и в США, и в КНР, и на Тайване, и в ряде других мест. Традиции с годами почти не меняются.
Ранним утром все семейство взбирается на холм неподалеку от родной деревни и начинает энергично расчищать и промывать место вокруг могил предков. На бамбуковые шесты нацепляются желтые ленты, шесты втыкаются в землю. Делается это, чтобы отпугивать бродячих привидений. Считается, что в них превращаются люди, которые не имеют потомков или о захоронении которых потомки не смогли или не захотели позаботиться. Оставшись без постоянного местожительства, духи бродят по земле и творят всякие нехорошие дела.
После окончания работ семья выстраивается перед алтарем, находящимся у могилы. На него водружаются подношения усопшим пампушки, апельсины, чай, спиртное. Зажигаются свечи, курятся благовония.
Каждый член семьи мужского пола совершает ритуал «коу тоу» трижды падает ниц и трижды кланяется под канонаду хлопушек. Далее поджигаются ритуальные денежные знаки, на костер брызгают спиртным. Повторяется процедура «коу тоу». В заключение подношения или съедаются, или забираются назад домой. Перед уходом с кладбища вновь взрывают хлопушки. По возвращении в деревню семья посещает местный храм предков, у некоторых же сохраняются собственные домашние храмы, и тогда путь семьи лежит туда.
Я заходил в такие храмы на острове Хайнань: невзрачные каменные бараки, заставленные свечами, завешанные пожеланиями на красной бумаге и пропахшие причудливой смесью благовоний и пороха от хлопушек. На алтарях красовались фарфоровые фигурки, окруженные подношениями.
Хозяин одного из хайнаньских храмов показал дощечки с именами предков. При этом пояснил, что на дощечках представлены имена предков-мужчин, принадлежащих четырем последним поколениям. Пока дощечки находятся в часовне, никто из сородичей не может взять себе имена, зафиксированные на этих дощечках. «Когда умру я, продолжал мужчина, в часовню положат дощечку с моим именем, а дощечку моего прапрапрадеда уберут. Его имя тут же будет дано новорожденному в семье, тем самым одна из добродетелей семьи, которая сохранялась четыре поколения в храме, вернется в реальную жизнь потомков, будет им помогать».