Всего за 239.9 руб. Купить полную версию
Вокруг стояла абсолютная тишина, не то что в ту далекую ночь.
Дорога под ногами была какой-то невнятной, неразличимой, даже не ясно толком, грунтовка это или асфальт.
Куда идти? И стоит ли идти? Может быть, просто постоять и подождать, пока туман рассеется? Но сколько ждать?
И тут Гоша понял, что не может вспомнить, как давно он завяз в этом влажном холодном мороке, как он здесь оказался. Откуда он шел и куда? Какова была цель его путешествия?
Он попытался еще раз внимательно осмотреться, но серый туман был все так же непроницаем и вязок.
Гоша опустился на четвереньки и попробовал ползти в произвольном направлении. Дорога не кончалась и рельеф ее не менялся. Тогда он пополз вбок, но и в этот раз ничего не изменилось. Пополз в противоположную сторону. Ничего. Как будто он на ровном гладком плато, бесконечно продолжающемся во все стороны от него.
Но ведь так не бывает. Если туман, значит, где-то рядом вода? Гоша сел на землю и прислушался снова.
Какое-то время ему казалось, что заложило уши. Но минут через пятнадцать (или через час, тут не поймешь), он начал различать какие-то невнятные звуки. Слушал, слушал Кажется, крылья хлопают. Будто большая птица летит где-то в темноте. Нет, не птица птицы. Их много. Улетели
Гоша прислушался еще раз. Зажмурился, впился всем своим существом в тишину тумана.
И вот, кажется тихое журчание.
Руками оттопырил ушные раковины не помогло. Повертел головой, чтобы понять, с какой стороны идет звук. Бесполезно Может быть, он сам себе его придумал?
Показалось, кто-то тихо-тихо позвал его по имени: «Гоша! Гоша!» И голос такой нежный, как будто это она Танечка Но Гоша уже не верил себе. Морок, все это какой-то страшный морок
Внезапно мелкая дрожь проползла по спине. Необъяснимый холод коснулся кончиков пальцев на ногах, словно Гоша был не в кедах, а босиком, от ступней прострелил куда-то в грудь, в сердце. Коротко стриженые волосы на голове зашевелились сами собой.
Жуть, всепоглощающая животная жуть охватила все его существо. Не в силах контролировать себя, Гоша вскочил на ноги и побежал.
Он закрыл глаза, все равно от них не было толку, вытянул вперед руки, кричал, отталкивался от земли ногами и бежал. Но дорога не кончалась. И когда он время от времени приоткрывал один или даже оба глаза, ничего не менялось серый туман был повсюду. Он наполнял не только пространство вокруг, но и всего Гошу, его легкие, сердце, мысли, ноги, руки и живот.
Гоша чувствовал, что туман растворяет его в себе, становится им. И кричал, кричал все сильнее и отчаяннее! Но вскоре и он сам, и крик его превратился в туман и стих навсегда.
В этот момент Гоша наконец проснулся.
От открыл глаза и почувствовал, что щека его лежит на холодной липкой подушке, которую залили его собственные слюна и пот.
На окне от сквозняка трепыхалась белая занавеска. Короткая весенняя ночь уже почти растаяла, не в силах сопротивляться раннему рассвету.
Чтобы прийти в себя после кошмара, Гоша, сгорбившись словно старик, прошлепал босыми ногами в ванну, включил воду и долго стоял, опершись на стену, под теплыми струями. Время от времени он беззвучно сотрясался, подавляя рыдания.
Незачем плакать. Незачем будить мать своими рыданиями. Да и чем она ему поможет, если услышит? Она его и в десять лет не особенно-то могла утешить после ночных кошмаров а тут не рассказывать же ей про Таньку, в самом деле?
* * *В 6 утра в городе N уже светает. Синий полумрак разрезает свет редких желтых фонарей. Старые дома послевоенной постройки расчерчены трещинами; то тут, то там подмигивают окошки большинство мужчин с улицы Кирова работают в Депо, им уже пора на смену Сутулыми силуэтами они выходят из теплых квартир в холод весеннего утра, быстрым шагом, сверкая огоньками сигарет и здороваясь друг с другом на ходу, спешат вниз по склону Гоша поежился. Куртка на нем тонкая, не по сезону. Но так хочется, чтобы скорее настал теплый май, нет сил уже ходить в зимних пуховиках-сугробах.
Ладно, пора. «Быстрее побежишь быстрее согреешься!» говорит он сам себе и срывается с места. Сначала в пекарню, там как раз к этому времени должны быть готовы первые пирожные. Ага, и сладкий аромат уже разносится.
Гоша вбегает в маленькое одноэтажное кирпичное здание, пропитывается запахами свежей сдобы:
Теть Маш, готово?
Готово, Георгий! огромная, пышная, как курник, тетя Маша выносит Гоше хрустящий пакет со сладостями. Как ты просил, круассаны и булочка с корицей.