Всего за 549 руб. Купить полную версию
Господи спаси нас от Южного Эссекского. Шарп мрачно рассмеялся. Я ведь немного прошу, не так ли?
Боюсь, тут у вас ничего не выйдет. Хоган улыбнулся.
Шарп посмотрел на инженера, и внутри у него все сжалось. А тот только плечами пожал:
Я же говорил вам: дело обстоит не так просто. Если испанский полк идет в Вальделаказу, сэр Артур считает, что ради соблюдения дипломатических норм он должен послать и британский полк. Продемонстрировать мощь или что-то в этом роде. Хоган взглянул на ровные ряды солдат, а потом снова на Шарпа. Сэр Генри Симмерсон и его бравые ребята отправляются с нами.
Иными словами, мы должны будем подчиняться его приказам, простонал Шарп.
Не совсем. Хоган поджал губы. Строго говоря, приказывать вам буду я.
Слова прозвучали официально, точно инженер временно поменял профессию и превратился в адвоката. Шарп бросил на него удивленный взгляд. Могла быть только одна причина, по которой Уэлсли отдал Шарпа и его стрелков в подчинение Хогану, а не Симмерсону, и заключалась она в том, что генерал не доверяет сэру Генри.
Шарп по-прежнему не понимал, какая может возникнуть в нем нужда; Хогана будут защищать два полных батальона по меньшей мере, полторы тысячи человек.
Генерал предполагает, что нам придется встретиться с французами?
Хоган пожал плечами:
Испанцы говорят, что у французов на южном берегу целый полк кавалерии, усиленный артиллерией, они с самой весны охотятся за партизанами. Уэлсли думает, что противник попытается воспрепятствовать нам.
Я все равно не понимаю, мы-то зачем?
Возможно, вы мне и не нужны. Хоган улыбнулся. Но на ближайший месяц не намечено никаких военных действий; французы сначала позволят нам углубиться на территорию Испании и только потом пойдут в наступление, в Вальделаказе может возникнуть заваруха. Я хочу иметь рядом кого-нибудь, кому мог бы доверять. Так на всякий случай.
Шарп улыбнулся. Хорошенькое дело, нянчиться с полковником ополчения, который возомнил себя всезнающим!
Для вас, сэр, с удовольствием.
Хоган улыбнулся ему в ответ:
Кто знает? В жизни всякое бывает. Тем более что она поедет с нами.
Шарп проследил за взглядом Хогана и увидел, что девушка, одетая во все черное, помахала рукой какому-то офицеру из Южного Эссекского. Как показалось Шарпу, блондину в безупречной форме, на коне, который, вероятно, стоил больше, чем чин самого всадника. Девушка подстегнула свою лошадь, слуга на муле последовал за ней; они присоединились к батальону, шагавшему по дороге в Каштелу-Бранку. Площадь снова опустела, пыль оседала в лучах палящего солнца, а Шарп откинулся на спинку своего стула и расхохотался.
Что тут смешного? спросил Хоган.
Шарп указал рукой, в которой держал кружку с бренди, на потрепанный мундир и рваные брюки Харпера.
Боюсь, сэру Генри не очень понравятся его новые союзники.
Лицо сержанта по-прежнему оставалось мрачным.
Господи, спаси Ирландию.
Аминь. Хоган поднял свою кружку.
Глава вторая
Бой барабанов был далеким и приглушенным, временами смешивался с городским шумом, но звучал настойчиво и угрожающе, и Шарп обрадовался, когда он стих. Они добрались до Каштелу-Бранку через двадцать четыре часа после Южного Эссекского. Было почти невозможно заставить мулов Хогана идти по дороге, изрезанной глубокими колеями в тех местах, где незадолго до них прошла полевая артиллерия. Теперь мулы, нагруженные бочками с порохом, запалами в промасленных тряпках, лопатами, кирками, ломами и прочим снаряжением, необходимым Хогану для взрыва моста, покорно тащились за стрелками и техниками, которые пробирались по запруженным людьми улицам к центру города.
Когда отряд вышел на залитую ярким солнцем площадь, подозрения Шарпа на предмет барабанного боя подтвердились. Кого-то пороли. Совсем недавно. Жертвы нигде не было видно, и Шарп, глядя на стройные шеренги Южного Эссекского, вспомнил, как много лет назад пороли его самого. Невозможно забыть, скольких сил стоила ему борьба с болью, когда он старался не показать офицерам, что кнут причиняет ему страдания. Он унесет с собой в могилу шрамы от того кнута. Зато Симмерсон вряд ли понимал, какому жестокому наказанию подвергает солдат своего батальона.
Хоган остановил лошадь в тени дворца епископа.
Сейчас, кажется, не совсем подходящий момент для разговора с нашим добряком-полковником.