Всего за 164.9 руб. Купить полную версию
Художник почти повторил его, только взгляд стал другим. И не прочёл он повесть.
Зачем? Рэна мне всё рассказала, вы сами говорите, что времени нет.
Но учёл все мои замечания, поднял потолок у будки, убрал чёрные громоздкие здания со второго плана их бы там и не было, если бы он прочёл повесть
Пытался смягчить взгляд у девушки, но не получилось. Я подписала обложки, было уже восьмое число.
Толя ни за что не хотел, чтобы я с вами познакомился. Рисуй, говорит, как хочешь, она всё проглотит. А покажешь замучает, будет просить переделывать, звонить днём и ночью. А я сказал как можно? Я профессионал, всё должно быть согласовано с автором.
Толя так сказал? А мне обещал каждый шаг согласовывать
Простите, Светлана, а как насчёт денег, вы будете платить?
Да я ему всё оплатила по договорам, почти шесть миллионов. Я ещё не знаю, как с долгами расплачусь.
Вы меня простите, Светлана, но я не отдам ему работу, пока не расплатится. Вы говорите, что заплатили ему такие громадные деньги? Значит, сейчас они у него есть.
Толя ответил мне по телефону усталым голосом, в разрядку, как говорят с капризными и непонятливыми детьми:
Всё им будет оплачено. Касса в офисе работает только в определённые дни.
В какие?
Числа пятнадцатого
Но пятнадцатого уже будет поздно! И что, до сих пор нет корректур? У меня билеты на первое февраля! А тридцатого вечер в Центральном доме литераторов, презентация. Я должна первую презентацию сделать дома, а не в Израиле! И потом, у вас обе книги в производстве? Мне нужны обе книги!
Светлана, вы отдали мне рукопись? Ну и всё, остальное вас не касается. Заплачу я этим художникам! Да, всё забываю вам сказать оставьте у Валеры аннотацию и текст под фотографиями, я заберу.
Я не успею до отъезда договориться о массовом тираже. Для этого нужен образец, гарантийные письма, кредит в банке
Вернётесь напечатаем. Я не могу понять, почему вы так волнуетесь.
Теперь его телефон просто не отвечал ни утром, ни днём, ни вечером.
Подготовка к презентации шла своим чередом, печатались пригласительные билеты «Центральный Дом литераторов и поэтесса Светлана Гершанова приглашают Вас на презентацию книг».
Я звонила друзьям-артистам, друзьям-композиторам и просто друзьям, приглашала кого в зал, кого на сцену и звонила, звонила, звонила своему издателю. Телефон молчал. Было уже двадцатое число.
Может, он со мной так же, как с тем художником с собакой? Я поехала к Валере в Большое издательство, ведь это он познакомил меня с Анатолием!
Ты знаешь, Толя куда-то пропал. Он забрал у тебя мои бумаги?
Он здесь не появляется, у него долг издательству больше миллиона.
Что же делать? Ты случайно не знаешь, в какой типографии он печатает книжки?
Понятия не имею. Вроде у него в Калуге хорошие отношения и в Нижнем.
Не в Москве? Почему?
Не знаю. Днём ему звонить бесполезно, я разыщу его вечером, он тебе позвонит. Не понимаю, о чём он думает.
Я ведь ещё не видела корректур, а сегодня двадцатое число. Вечер тридцатого, это ужасно.
Я ходила по комнате мимо дивана, на котором, как патриций, возлежал мой Витя, и повторяла:
Что делать? Что же делать?
Почему ты всегда ожидаешь самого плохого? Конечно, его и не может быть в Москве, потому что он занимается твоими книгами. В типографии. Каждый нормальный человек в подобных обстоятельствах сидел бы в типографии.
Но у него нет аннотаций!
Подумаешь! Довезёт.
До сих пор нет корректур
Может, он и сидит там, пока будут корректуры, ещё десять дней, не паникуй. Вечер в Большом зале ЦДЛ это очень важно. Ты хочешь провалиться? Ты же совсем спать перестала! Валера тебе обещал. Ему ты доверяешь?
Но я всё равно попробую позвонить. Может, Рэна соизволит взять трубку
Что значит «соизволит»? Ты что же думаешь, она дома и не берёт трубку? Почему ты всегда плохо думаешь о людях?
Я расплакалась.
Почему плохо? Почему всегда? Почему ты не волнуешься, когда всё рушится? Тебе всё равно, да?
Ну наконец, нашла виноватого.
Не надо себя обманывать от корректуры до сигнала, от сигнала до тиража, и всё это не в Москве Но, может, он сегодня привезёт корректуру?
Главное, не сойти от всего этого с ума, ведь ничего не стоит сойти с ума от этого.
Я опять набрала номер я его уже знала наизусть, просто один этот номер и помнила на свете! Я не хотела звонить так долго, я просто стояла, слушала длинные гудки в трубке и думала, что делать. И вдруг трубка ожила! Знакомый говор, одни согласные, но такая сталь за этими согласными