Всего за 259.9 руб. Купить полную версию
Не промокает у реки? Лешка кивнул на тряпицу от самодельного патрона, которую дед аккуратно убрал в карман.
Она у меня на воске вся, хорошо пропитанная, покачал тот головой. Только если окунуться в воду, а вот так-то долго сырость держит.
Как тебя по отчеству-то кличут, Дорофей? Лешка с прищуром смотрел на деда.
Архиповичи мы, солидно ответил тот.
Вот я и думаю, что не все ведь ты мне про себя рассказал, Дорофей Архипович, покачал укоризненно головой Алексей. Совсем не простой ты человек. А вот как мне в военном подразделении быть рядом с тем, кому я не доверяю? Ну, вот сам посуди? А ну говори правду был солдатом?! рявкнул он вдруг стальным голосом.
Так точно, ваше высокоблагородие! вытянулся по швам дед. Капрал Архангелогородского пехотного полка Леонтьев Дорофей! Воевал под началом генерал-фельдмаршала Миниха в турецкую кампанию императрицы Анны Иоанновны. После замирения, при выходе из Валахии на свою землю был пленен татарами. Места эти я хорошо еще по осаде и при обороне Очакова знал. Бежал из татарского полона и был ранен. Подобрали, укрыли от басурман и излечили местные рыбаки. Ну а там я уже женился и осел здесь, у этого Буга. Опосля детишки уже пошли. Ну вот куды мне было возвращаться со всем этим своим обозом да в родной полк? Али нужно было их одних здеся бросать, словно бы кутят? старый солдат будто оправдывался перед Алексеем.
Нда-а, протянул Егоров. А я думал, что у меня Карпыч с Макаровичем самые старые в роте служаки. Сколько лет-то тебе нонче, капрал?
Так шестьдесят третий уже пошел, ваше высокоблагородие, ответил дед. А в рекрутчине я с осемнадцати годков. Семь лет под ружжом в строю был.
Хорошо сохранился ты для своих лет, солдат, усмехнулся Лешка. Вон, и навыки свои ратные совсем не утратил. Я ведь даже по способу зарядки фузеи сразу же понял, что ты сам из служивых. Руки, они же ничего и никогда не забывают!
Так точно, ваше высокоблагородие, согласился старый солдат. Руки все помнят. Да и тело, вона, как само собой во фрунт встало.
Так, и что же нам с тобой делать-то теперь, Дорофей Архипович? задумчиво проговорил Алексей. Ежели я тебя к себе пристрою, и коли до начальства твоя история дойдет, то мало нам обоим с тобой не покажется. У военного ведомства ведь срока давности вообще никакого нет. Покамест солдат не помрет или же в богадельню по состоянию здоровья не будет списан, то он все время при государевой службе состоять должен.
Про это Алексей знал не понаслышке. Еще в «Рязанке», на занятиях им рассказывали об особенностях службы в русской императорской армии. Первые рекруты служили в России пожизненно, до тех пор, пока им позволяли это их силы и здоровье. Потом они списывались на «доживание» в богадельни или в инвалидные команды. Но постепенно сроки этой службы начали сокращаться. Уже под самый конец царствования Екатерины Великой, а именно с 1793 года, солдаты стали служить по двадцать пять лет, а еще через полвека им полагалась действительная служба в два десятка лет, и еще пять было необходимо пребывать в запасе. Чуть позже этот срок службы еще снизили до пятнадцати лет, в том числе три года с пребыванием в запасе. И уже в самом конце рекрутчины, уже после отмены крепостного права, солдаты служили десять лет ратно, и пять лет они потом находились в запасе. Но сейчас-то на дворе было лето 1777 года, а это означало, что старого капрала следовало отдать для разбирательств с рапортом по команде и для дальнейшего использования его военным ведомством.
Лешка посмотрел на деда. Нет, никому и ничего он докладывать не будет.
Капрал Леонтьев, язык за зубами держать умеешь?
Ну а как же не уметь? усмехнулся тот. Я бы и вам ничего не сказал, ваше высокоблагородие, да уж больно ловкий вы командир.
Умеешь, умеешь, согласился со своими мыслями Лешка. Я это еще по нашей первой встрече, два года назад, при переправе через Буг отметил. Значит так, дед Дорофей, принимаю вас к себе в роту как вольнонаемных. Если что, ты с внуком сам будешь из бывших православных подданных султана, бежавших из османского, очаковского правобужья и от верной смерти. Что, собственно, так-то оно, в общем-то, пожалуй, и было. О своей давней службе в Архангелородском полку знаешь только ты и я, и больше никто! Это понятно?! Иначе за Мишаней твоим больше некому будет уже приглядывать. Все ли уразумел?
Так точно, ваше высокоблагородие, встал по стойке смирно старый солдат. Есть держать язык за зубами! Да я ведь и сам неразговорчивый, все правильно вы сказали.