Всего за 400 руб. Купить полную версию
Муза
Ты прекрасна до кончиков пят
И изъянов здесь не обнаружат,
Когда будут картины писать
По подобию черт твоих милых.
Если б в воле веков совладать
С силой чувств, что меня пробирают,
Я бы мог тебя тихо ласкать
Лирой музыки, светом времени.
Но смеркается свет в окне,
Как и память нашепчет в разум,
Что на всходе младых лет
Не бывает речей нестрастных.
Как с тоской любил поэт,
Как терзал силой музы томимый
И в разлуке своей находил
Новых строк таинственный смысл.
С жаром жажды, с терзанием боли
Облик твой освежу я в разлуке,
Мне б не гимн, но твой голос услышать
Я его сохраню в свою душу.
С каждой каплей до самой последней
Без границ и без многоточий
Проклиная лишь только мгновенье,
Когда жизнь перестала быть прочей.
Без тебя, без звенящей улыбки,
Без тугого нутра напряжения,
Без лица с темным отблеском ночи
Что сокрылся в глазах цвета тайны.
Непокорная незабудка
Ты в ночи моей беспробудной
В сон приходишь без сомнения
И сжигаешь молчание кротостью.
Древняя
И будешь грезиться в ночи
Загадкой в сумрачной тиши,
И сотканной из мрака тьмы,
Её ты силой воспеваешь.
Ты безупречна и вольна,
Как ветер в поле, и бескрайня
Твоя прелестная краса,
Что ум уводит без оглядки.
Твой разум мириадах дум,
Но не заботит то, что бытно,
Ты вся из собственных вершин,
Что достижимы лишь по мыслям.
Ты вечной силы вызов для живых,
Ведь ты не позабытая картина,
Что зрела свет и тьму эпох,
Что чуяла рождение миров.
Ты древность, дар волхвов шептал,
Когда-то, тихо уловимый
Поток твоих полночных дум,
Сквозь дрему шелестом сочимый.
Ты неприступна под преградой
Незримого величия красы,
Которую когда-то воспевали
Велико-греческие творцы.
Твой взгляд пленительная лира,
Твоя мечта недостижимая пора,
Когда дыханием согреть бы
Ты лепесток цветка смогла.
И посему, не взор твой краше,
Но черной глубины душа,
Навек в кандалы заключена
Во плоти, что жива века.
В гостях у ведьмы
Трясины ноша,
Высь лишь мгла.
Ночное ложе у ковра
Из листьев желтых хоровода
Опавших утром, слишком рано.
Но нет другого выхода
У путника, что в ночь, во мрак,
Таращит взор без воли зреть
Кто есть там: хищник, иль человек
Иль леший дух, хранитель тайны.
Для них он лишь мишень,
Живая, но едва ли,
Помеха для своих страстей,
Безумца радость на мгновение,
А волку голода боленье
Быть может утолит на раз,
Но где-то скрипнет сук,
Сорвётся птица,
Крылами ветки взболтыхнув,
Она лишь соучастница убийства,
Случайный зритель. Ну и пусть.
Сквозь рваное пятно водицы,
Сквозь тонкие вертлявые места,
Камней чреду и тонких тропок,
Мальчишка от беды бежал.
Но в эту ночь, не благосклонна,
Судьба была ни на ночлег,
Ни на благополучну долю,
Его, младого, уберечь.
Нога по щиколотку в каше
Из тины темной и густой
Ступала дальше,
В край изгнаний,
Ей уготованный давно.
В века, когда на земле были
Вожди, горды, до божьего гнева,
В те времена, когда молили
Сберечь покой у Перуна.
Жила она одна, не в заточение,
Но в тех угодьях, как ловец,
Паук, что сплел надежно сети,
И силу он хранит свою,
Как камень в злато обрамлённый,
Так к каждой жертве свой подход.
И новой лик ещё так светел,
В зеркальной глубине он вдохновлён.
И свежие черты, и соки жизни
Струятся, словно музыка в саду.
Идёт избранник для союза,
Чтоб жизнь свою отдать, как наяву.
Он думал сон, когда средь топи,
Мальчишка очутился средь пира,
Где каждый рад, и каждый весел.
Где пляски до светла утра.
Где мед рекой, где сладких речи
И красоты без дара речи
Хозяйка дива здешних мест.
Ее объятия, как пух,
Кружили юношу в ночи,
Ее уста, как солнца луч,
Теплы, нежны, до неги чувств.
Все, что желал, она дала,
Как в сказке, только без конца,
Старуха шелестом скрипучим
Шептала морок с уст колючих,
Когда седины на чело
Сменили юности тепло.
Рассвета первый луч блеснул,
Терпко горячий, невезуч
Гость ведьмы принял свой удел
лежал почтенный старец сей.