Юлия Узун - Эйслин стр 4.

 Юриспруденции?

 Именно! Разработчик, который работает сам на себя, должен уметь не только защищать, но и запатентовать разработанную игру.

На ветку сел дрозд и Эйслин отвлеклась от моих рассказов, принявшись внимательно наблюдать за птицей.

 Ладно, это скучная тема

 Ш-ш-ш зашипела она, когда я сделал шаг и под подошвой треснул сук.  Ты спугнёшь его.

 Его? С чего ты решила, что это «он»?

 А ты сам посмотри: у самца голова серая, над глазами белые «брови», у клюва небольшие белые «усы»,  говорила Эйслин, и я действительно увидел все эти особенности.  Самка,  продолжала она, улыбаясь,  более тусклая, с оливковой головой и белыми «щёчками».

 А ты неплохо разбираешься в птицах,  сделал комплимент я. Дрозд в этот момент упорхнул на соседнее дерево.

 Спасибо моей любимой энциклопедии, которую я прочитала уже, наверное, раз двадцать. Она называется «Птицы Норвегии».

 Так ты у нас любишь читать?  спросил я, хотя это прозвучало не как вопрос, а как утверждение.

 Очень люблю.

 Смотри-ка, кажется Сколль заскучал.  Я нагнулся, чтобы погладить пса.  Ты не против, если мы покидаем ему палку?

 О, а можно мне?

Отыскав среди листьев и иголок, которые издавали приятный треск, когда на них наступали, подходящую палку, я протянул её Эйслин.

 Попробуй. Только сначала дай её Сколлю понюхать.

Эйслин подошла к собаке, позволила обнюхать палку со всех сторон, затем, приподнявшись на цыпочках, забросила её куда-то вдаль. Довольный Сколль помчался на поиски «игрушки», весело виляя хвостом.

Я облокотился на ближайший ствол сосны и пристально посмотрел на девушку.

 Ну, теперь твоя очередь: чем ты занимаешься?

Глава 6

Девушка посмотрела себе в ноги. Из-под бордовой юбки выглядывали носки белых ботинок. Эйслин смотрела на них так, словно ноги принадлежали не ей. Я не понял, как это связано с моим вопросом, и не стал допытываться.

 Чем занимаюсь? Читаю провожу всё своё свободное время с книгами,  ответила она. К этому моменту прибежал Сколль с «добычей», и Эйслин повторила бросок. У неё отлично получалось. Палка улетала на достаточно большое расстояние.

 То есть, чтение это твоя работа?

 Можно и так сказать.

 Вроде библиотекаря?  ляпнул, а потом понял, что никакой библиотеки в этих местах и в помине нет.

 Почти,  тем не менее, ответила Эйслин.  Отец любил повторять, что для меня в мире не осталось книг, поэтому я читаю их по второму или десятому кругу.

Её смех, словно перо птицы, так приятно щекотал слух. Но, к сожалению, я все испортил, когда поинтересовался:

 А сейчас не повторяет?

Лицо Эйслин приняло мрачное, серьёзное выражение. Сколль дважды подал голос, оповещая о том, что он уже здесь. Эйслин не реагировала, и тогда я бросил собаке палку.

Мы пошли по узкой тропинке вглубь леса.

 Мне было десять лет, когда их не стало. Родителей. Авария. Но я плохо помню подробности, потому что была в машине и я не разговаривала почти до пятнадцати лет. Никакие психологи не могли помочь. Только книги вернули меня к жизни.

 Прости

Наступила тишина. Я чувствовал вину за то, что умудрился напомнить девушке печальные события её жизни. Но откуда мне было знать?

 Я уже свыклась с мыслью что их нет.  Она поджала губы, затем вновь принялась смотреть на носки белой обуви, время от времени выглядывающие из-под плотной ткани.  А твои родители где?

 Мама и отец живут в Шотландии. Да, я шотландец,  усмехнулся, увидев удивление на лице Эйслин.  Но, как видишь, это не помешало выучить норвежский язык и переехать сюда.

 Как ты нашёл эти места? Такая глушь

 Сначала я жил в Тромсё, конечно же. Красивый город, без всяких сомнений. Но мне хотелось уединения. Я его нашёл. Купил участок, построил дом и вот я здесь.

 В Тромсё, наверное, остались друзья?

 Конечно! Моего лучшего друга зовут Брокк. Мы познакомились в колледже, жили в одной комнате. Так до сих пор и дружим. По характеру он полная моя противоположность. Наверное, поэтому мы так долго дружны.

 Потому что разные?

 Именно. Брокк заводила, весельчак. Юмор в его исполнении многогранен, он остряк, без фальши в поведении и искренний балагур. Ещё он любит миндальные пирожные с присыпкой и уважает футбол.

Наверное, я сказал всё это слишком несерьёзно, потому что Эйслин расхохоталось. И это было настолько заразительно, что я не удержался и рассмеялся в ответ.