Всегда носи с собой и каждый день читай, продолжал между тем Серёга. Не ленись. Иначе быть беде. Дед так и сказал. Ты же веришь ему?
Верю.
Будешь читать, будет всё нормально, а нет горя хапнешь, и мы с тобой заодно. Так он и сказал, этими самыми словами.
Тут почти ничего не понятно, засомневался Гаврик, разглядывая незнакомые слова.
Ничего, привыкнешь, возразил Серёга и пробормотал в сторону: Зато враг понимает Там же русскими буквами и ударение даже есть! добавил он.
Какой враг? спросил Гаврик, вспомнив сон и вздрогнув.
Потом, не всё сразу. Серёга махнул рукой.
А ты, дядь Серёга, почему не читаешь?
Серёга помялся немного:
Я, вишь, детдомовский, грамоте плохо учился. Да и дед велел тебе, больше на тебя надеялся.
Почему?
Не знаю, ему виднее было. Ты, главное, в школе никому не рассказывай, книжку не показывай. Тут у нас в деревне ещё можно отбрехаться, на Андреича старость свалить, а в городе папку с мамкой на работе пропесочат.
За что?
В школе вас разве не учат, что это опиум для народа? Ленин говорил. Что все попы бездельники и кровопийцы.
Учат
Ну вот. А читать надо! Дед неспроста поручение дал. Он много чего наперёд видел. И мне сильно помог За неделю знал, когда умрёт. Хотел сам тебе всё объяснить. Да мамка твоя упёрлась, прям на дыбы, не стала тебя из школы забирать и сюда к нему больному везти. Пугать, видишь ли, не хотела!
Когда гроб с процессией добрался до кладбища, Серёга той же дорогой, через озеро, увёз замёрзшего Гаврика домой.
Не хочу глядеть, как Андреича закапывают, объяснил он. Лучше дома выпью с хозяйками для сугреву, помяну его да пойду к себе, пока народ с кладбища не вернулся.
Дома женщины во главе с мамой Гаврика накрывали поминальный стол. Гаврика посадили хлебать суп, а Серёге налили рюмку.
Царствия Небесного Алексей Андреичу! Серёга со стуком поставил пустую рюмку на стол и занюхал коркой хлеба. Хоть и коммунизм на носу, а так говорится. Слыхала, Нина, историю, как тестя твоего в партию хотели принять?
Нина, мама Гаврика, недовольно нахмурилась, раскладывая на столе вилки:
Нет.
Хотели. Старики не дадут соврать, да они сейчас на кладбище. Расскажу вам с Гаврюхой быстренько и пойду домой. Не стану тут застить. В общем, давненько было.
Мама Гаврика продолжала носить из кухни посуду и делала вид, что не слушает, но Гаврик слушал внимательно.
Никита Сергеич тогда только на пенсию ушли. Партейная линия поменялась, и деду, как вечному передовику и лучшему слесарю, из парткома и говорят, поступай, говорят, Алексей Андреич, в партию! Зачислим для начала кандидатом. Он отказывается, мол, не достоин. Отчего же, спрашивают. Ты и ветеран, и план систематически перевыполняешь, ни одна машина у тебя не сломалась ещё после ремонта. Он им: ремонт ремонтом, а моральный облик мой не соответствует строителю будущего. Взглядов я, мол, не тех. Отсталых. Парторг Витька, Коськин племянник, по-доброму так начинает давить: ничего, товарищ Пятаков, взгляды поправим. Политику разъясним, информацию доведём. Дед: невозможно поправить, друзья-товарищи, они у меня с детства закостенелые. Тут в ячейке злиться начали, им, видать, тоже план спускают. Давай деда совестить, потом пугать. Тот спокойненько так: да вы, говорит, хоть запрос на меня, что ли, сделайте наверх. Вам там всё объяснят, какой из меня кандидат. А не отстанете, я Леониду Ильичу напишу, он вам точно отсоветует меня в партию принимать. Тут они все как вскочат на лапы! Ах так, мол? Священные имена тревожить? Ну что ж, кричат, мы на вас, гражданин Пятаков Алексей Андреевич, и без партийной линии управу найдём! Свободен пока! Проверили в милиции всё чисто у деда. Рискнули в кагэбэ нажаловаться, ещё бы, какими именами хлещет! Но там, небось, хоть всё и засекречено, однако напряглись и сделали запросик чуть не в приёмную Политбюро. Сигнал ведь без проверки не оставишь. А из приёмной всем по шапке прилетело крепко, и нашим партейцам, и даже контрразведчикам! У тех ведь тоже партячейка имеется. Оказывается, дед с самим Леонидом Ильичом на Малой земле воевал, и было велено от него отстать и не трогать, а для начала извиниться. Уж потом, когда Леонид Ильич в полную силу вошёл, деда и вовсе стали опасаться и глаза закрывали даже, что он с попами дружит
Ну хватит, Сергей! раздражённо перебила его мама Гаврика. Ты мне ребёнка испортишь!