Всего за 5.99 руб. Купить полную версию
Привет, Петровна!
Наталия Ермильченко
Иллюстратор Наталия Ермильченко
© Наталия Ермильченко, 2022
© Наталия Ермильченко, иллюстрации, 2022
Альфа-уровень
Когда Петровна в первый раз приехала к нам на дачу, она вызвала грозу. Встала у куста венгерской сирени, на солнышке, я там обычно загораю, и вдруг спрашивает:
Хотите, вызову грозу?
Мы говорим:
Давайте.
Петровна кивнула и замолчала, а мы пошли накрывать на стол к обеду. Не успели расставить тарелки, слышим шум. Какой-то очень знакомый, как будто строители на соседнем участке ворочают листы кровельного железа. А это гром!
Тут пришла Петровна и скромно так села за стол. За окном погромыхивало и посверкивало потихоньку, застенчиво, прямо в Петровну. А она хлебала супчик, наворачивала кабачки, как будто и ни при чем. К чаю гроза уже закончилась; только похолодало сильно пришлось кофту надевать.
Я у Петровны спрашиваю:
А как это вы?
Она говорит:
Да никак! С облаками поговорила, попросила, они сделали.
Вы же им не кричали. Почему тогда они вас услышали?
Им отсюда не докричишься. Это я выходила на альфа-уровень.
Я сначала и не удивилась даже. Мало ли куда можно выйти.
Ну, вышли, говорю, а там что? Облака?
Там, отвечает Петровна, фиолетовый свет.
Фиолетовый как что?
Петровна задумалась.
Наверно, как аметист. Да! Точно. Как аметист.
Аметист я знаю из него украшения делают. У нас дома есть аметистовый кулон на цепочке; его почему-то уже давно никто не носит. Я иногда вынимаю его из коробочки посмотреть. Он прозрачный и не подумаешь, что камень. Если с него долго не сводить глаз, начинает казаться, что в него можно войти. А положишь на стол он словно капля фиолетового света. Я сразу представила: вот так открываешь дверь на балкон и попадаешь как будто внутрь аметистового кулона. Красиво там, на этом альфа-уровне. Только у нас балкона нет, жалко.
А как вы туда выходите, спрашиваю, как на балкон?
Нет, смеется Петровна, нет, миленькая. Надо просто закрыть глаза и услышать
И прислушивается.
Это вы уже там?
Нет, это я пока не знаю, как тебе объяснить, объясняет Петровна.
Я жду.
Это похоже на мелодию, говорит она.
Спойте!
Не-ет, качает головой Петровна. Что ты! Ее голосом не передашь.
А глаза обязательно закрывать?
Не обязательно. Но я закрываю, чтоб лучше слышать.
Она справа или слева?
Внутри.
Тут у меня внутри не музыка заиграла, а словно съехала с железной крыши ворона. Так у наших соседей однажды было; у них крыша на доме крутая и блестящая, и скользкая, наверно, как ледяная горка.
«Вот почему, думаю, все слушают музыку! Потому что вдруг попадется та самая мелодия, и включится аметистовый свет, и можно будет говорить с облаками! А композиторы ее, наверно, слышат внутри, но не знают, для чего она, и хотят передать, чтоб другие тоже услышали и объяснили, а выходит не то!»
А Петровна-то! Ничего себе Петровна! Так только волшебники могут. Но если Петровне об этом сказать, она сразу начинает шуметь:
Да ты что! кричит. Смеешься, что ли! Какая я волшебница обыкновенная пенсионерка. Хожу на рынок, плачу за квартиру, ничем особенным не занимаюсь.
Ага! Я-то понимаю я еще говорить не умела, а одна наша родственница про меня сказала: «Надо же, какая понимущая!» Кто попросил облака потушить дождем пожары в Калифорнии? Они еще ответили: «Послезавтра». Петровна отвлеклась на другие дела до конца недели, потом спохватилась а в Калифорнии три дня идут дожди, и все промокло, так что огонь больше не страшен. А ураган во Флориде? У него еще имя какое-то было не помню точно, какое: то ли Джастин, то ли Михельсон. Стоило Петровне выйти на альфа-уровень, как он свернул в болото и там увяз.
Мне тоже хочется на альфа-уровень. Он мне даже снится. Как будто высоко над Москвой тянется аметистовый тоннель вроде надземного перехода.
Я подолгу сижу, закрыв глаза, прислушиваюсь. Вот нарастает, потом затихает гул проезжающего мимо трамвая, переговариваются дворники, звякают какие-то железки. А мелодии все нет разве что во втором подъезде кто-то принимается играть на трубе «Неаполитанский танец» из «Лебединого озера».