Всего за 169.9 руб. Купить полную версию
Слухи на земле и под водой у духов распространяются еще скорее, чем у людей. На дне морском вскоре каждый обитатель знал о том, что Кеша беседовал с Банником, что Кикимора поносила его, на чем свет стоит, и объявила о том, что Банник в нее влюблен. А Кеша просил у Банника быть с этой дурочкой терпимее и ласковее, на что тот ответил категоричным отказом.
Как он может заступаться за ту, которая в каждую дырку сует свой нос, ведь от нее только все беды в мире и происходят, возмущалась в тот момент русалка.
И когда Кеша появился, русалка не проронила ни слова. Но как оказалось вскоре это был не минутный порыв, она объявила ему бойкот. Он, конечно, догадывался о том, что это было связанно с последними событиями, происходившими у Банника. Но он не считал себя в чем-то виноватым, и потому старался держаться невозмутимым. Это ее право говорить с кем-то или нет, но если она так хочет, то он ничего не имел против, потому что знал всегда, что общаться надо только тогда, когда этого хочется и с теми, с кем хочется, и никак по-другому.
И все бы это прошло незаметно, если бы в тот момент бес Федор не заглянул к нему. То ли он сам пожаловал по доброй воле на дно озеро, то ли его остальные черти послали, как знать, Только он озирался вокруг воровато, словно что-то или кого-то отыскать хотел, заглядывал во все углы, и не сообщал о цели своего визита.
Ты слишком мягок, Кеша, говорил он потом, когда они уже уселись, потягивая пиво из кубков.
Попробовала бы она со мной не разговаривать. Я бы ей показал бойкот, забыла бы дорогу в мое болото.
Вот потому у тебя ни озера, ни русалок нет, осторожно заметил Кеша.
Он не хотел обидеть собеседника, но просто старался пояснить ему, почему такое с ним случилось. Вдруг это поможет, и бес исправится.
И ни кола, ни двор нет, ты уж говори прямо, вмешалась вторая русалка Анфиса, которая никогда ни с кем в молчанку не играла, это было слишком суровым наказанием, даже когда все остальные ей бойкот объявляли.
Но Кикимору надо освободить, вернее замуж за Банника выдать, вот и покажи на что ты способен, обратилась она к Федору, все равно никакого прока от тебя нет, так может хоть какое-то доброе дело сотворишь.
Она хотел защитить Кешу и услужить ему, и немного поиздеваться не помешает и над бесом и над Кикиморой, они вполне того заслужили. А Анфиса всегда была за справедливость.
Хорошо, но я что-то другого не пойму, почему ты так со своей подругой верной поступаешь, что готова ее замуж за любого самого злобного банника выдать? Вот и верь после этого в вашу дружбу, возмущался бес, ему надо было хоть как-то пнуть справедливую русалку.
Собственно сам он знал подлую натуру русалки, но ему хотелось показать Кеше, с кем он в одном озере находится. Чем меньше таких добрых подружек рядом, тем спокойнее и проще всем живется, в этом Федор был уверен.
А по какому праву русалка, еще одна моя подруга верная, живого князя на землю не отпускала и за мертвого выдавала, этой подлости ты не замечал? не унималась Анфиса.
Она увлеклась, и сказала то, что было известно всем, кроме Водяного.
И в тот момент они оба взглянули на Кешу, и поняли, что он единственный в собственном озере еще не знал о том, что было известно всем остальным княжич не был мертв, и к Яге он со своими просьбами ходил напрасно. Но почему же все трое: и бес, и русалка, и яга не заикнулись даже об этом. Понятно, что у каждого из них были на то свои причины. Но как бы добр и терпелив он не был, но в глубине души Кеши с той минуты поселилась обида. Он не мог терпеть открытую ложь, когда на тебя глядят и говорят неправду, но если просто молчат и не говорят правды, это так же подло и скверно. Хотя он терпеть не мог и доносов. И когда подумал здраво, то понял, что не стоит обвинять других, это ему нельзя быть таким беспечным. Ведь это он сам даже не взглянул на него, не поинтересовался, доверился только тому, что о нем сказали, а разве не знает он золотое правило, что надо не только доверять, но и проверять, тем более что не все похожи на него, у них могут быть свои соображения и интересы.
И Кикимора знала все, что сказал о ней и о замужестве Банник, в ярости она решила пробраться в его баню и устроить там небольшенький пожар. Он так и не успел ее поймать, она бежала без оглядки, пока он тушил огонь, охвативший часть бани. Поймать ее в тот миг он не мог, но ей по-прежнему грозила опасность, в отличие от Кеши, тот никому никогда ничего не прощал, тем более такой дерзости.