Всего за 288 руб. Купить полную версию
Я опустил взгляд, и Стадлер тут же спросил:
Откуда вам это известно?
А почему это неизвестно вам? удивился я. В полицейских хрониках наверняка отмечено
Я не имел возможности в последние часы заниматься просмотром хроники, раздраженно сказал Стадлер. Вы можете ответить на мой вопрос?
Конечно. Об этом пишут все новостные европейские сайты. Давайте, покажу.
Я спросил взглядом разрешения у Томы и, сев рядом со Стадлером, положил лэптоп себе на колени. Тома что-то бормотала и, кажется, тихо плакала, утешать ее я все еще не научился, да и не так много за время нашего знакомства случилось событий, вызвавших у нее слезы. Я вошел в новостной сайт Assotiated Press, топ-заголовки ничего о трагедии в Стокгольме не сообщали, пришлось опуститься до вчерашних вечерних вот, пожалуйста, я кивнул Стадлеру и повернул лэптоп так, чтобы нам обоим было удобно читать с экрана.
Поразительно, пробормотал старший инспектор. Какая у нас с ними разница во времени?
Шесть часов, подсказал я.
Когда у них половина одиннадцатого, у нас половина пятого.
Здесь время указано приблизительно, сказал я, чувствуя, как инициатива переходит в мои руки, теперь я задавал вопросы и направление расследования ненадолго, конечно, но все-таки приятное ощущение. Но по своим каналам вы легко можете получить нужную информацию. И если окажется, что оба убийства произошли не только при одинаковых обстоятельствах, но и физически в одно и то же время
Чушь, сказал Стадлер. Что вы мне голову морочите, Бочкариофф или как вас там? Не мог один и тот же убийца в одно время оказаться в двух разных городах!
Господи! в изумлении воскликнул я. Мне и в голову не пришло бы убеждать вас в такой чепухе. Конечно, разные убийцы. Но вы не можете расследовать смерть Гастальдона, не приняв во внимание убийство в Стокгольме. Не бывает таких совпадений! Значит, прямая связь. Двое убийц, но один мотив. Договоренность. План действий. Не знаю это ваша работа. Я хочу сказать, что госпожа Беляева и вы легко это проверите у любого оперного агента, да хоть в компьютерной картотеке нашей Лирической оперы, никогда не была в Стокгольме, никогда не пела ни с Хоглундом, ни с ди Кампо
Ди Кампо? нахмурился Стадлер.
Вы же только что читали! Это исполнитель партии Ренато в шведской постановке «Бал-маскарада».
Послушайте, старший инспектор переводил взгляд с меня на Тому и обращался, видимо, к нам обоим, скорее даже к ней, поскольку вообразил, что я, будучи физиком, а не музыкальным критиком, смыслю в опере гораздо меньше примадонны, послушайте, вы сказали, что это один и тот же спектакль. Я чего-то не понял? Композитор один, согласен, но названия разные. Там что, одинаковые мизансцены в финале?
Это одна и та же опера, господин Стадлер, сказал я. В том-то самое удивительное. Долгая история на самом деле, но если в двух словах В одна тысяча восемьсот пятьдесят седьмом году Верди, после того, как закончил переделывать «Стиффелио» новую версию он назвал «Арольдо», искал сюжет для следующей оперы
Послушайте, господин Бочкариофф, раздраженно сказал старший инспектор, у меня нет времени выслушивать ваши музыковедческие истории.
Но это важно! я повысил голос. Пять минут, и вы сами поймете, насколько это важно для вашего, черт побери, расследования!
Ну, коротко бросил Стадлер.
Так вот, после премьеры «Арольдо» Верди искал пьесу, которую мог бы переложить на музыку для неаполитанского театра «Сан Карло». Опера должна была быть представлена в карнавальный сезон следующего года. В поисках темы Верди перечитал огромное количество всякого хлама, и тут на глаза ему попалась пьеса французского драматурга Эжена Скриба «Густав III, или Месть в домино». Сюжет показался Верди увлекательным, но
Нельзя ли короче? Вы уже потеряли минуту из пяти.
Не будете перебивать будет короче. Так я о чем? Да Увлекательный сюжет придворные интриги, пророчество, любовь, ревность, убийство на балу все, что требуется, чтобы публика с замиранием сердца
Господи! Стадлер хлопнул по колену ладонью.
с замиранием следила за действием. Но на этот сюжет в тридцать шестом году французский композитор Обер уже написал оперу, и она с успехом шла в течение нескольких сезонов. К тому же, у Верди не было либреттиста. Франческо Пьяве, который написал для Верди «Риголетто», «Травиату»