Ты посмеешься, вот мне оплата и выйдет…
Лучшего слушателя для замшелых побасенок Кейр не видывал. Сидха то смеялась, то хмурилась, когда вместо богов, высоких сидхов, а на худой конец, королей и рыцарей, в сказаниях начинали появляться фэйри, пусть и именуемые "добрыми соседями" да "волшебным народом". И шевелила ушами. Особенно — на женских именах. Подруг припоминала?
Когда после очередного поворота из-за деревьев выглянул город, брови у сидхи подскочили на два пальца вверх. Чуть не до середины лба.
— Что это?
— Кер-Мирддин.
— Я не про то. Город, предместье… Рядом что? Большое, круглое, трёхэтажное…
До Кейра дошло. Сидху поразил старый римский амфитеатр. Да, некогда в римской крепости Маридунум стоял большой гарнизон. А огромное сооружение служило для тренировок и зрелищ. Собственно, с тех пор ничего не изменилось — Кер-Мирддин самый большой город на юге Камбрии, и гарнизон у него немаленький. Да и король с гвардией постоянно наезжает. Вот только воин теперь означает — всадник, а зрелище — колесничные гонки или турнир. А потому сооружение незаметно переименовалось в ипподром.
Сидха громко восторгалась обветшалым сооружением. С Колизеем сравнивала. Что такое Колизей, Кейр знал. Что он разрушен — нет. Впрочем, Рим варвары жгли несколько раз — почему и местному ипподрому не пострадать?
А перед самым предместьем соскочила с колесницы. Поблагодарила за беседу, даже поклонилась чуть. И наказала, если что, искать сидху Немайн. От такого имени Кейр омертвел. Одно дело — сидха, чародейка из холмов. Даже мелкая богиня чего-нибудь. Но — великая воительница, пугающая насмерть за раз сотню воинов, покровительница речных вод и плодовых деревьев? Сидха заметила, поспешила уточнить.
— Не ТА САМАЯ.
Так он и поверил! Цвет лица — как у озёрной девы, красные волосы… Кто ж это ещё может быть? Конечно, то, что она не ТА САМАЯ — правда. Сидхи вообще не в состоянии говорить неправду. Но такие слова могут означать как другую сидху с тем же именем, так и эту же — здорово переменившуюся характером. Или — принявшую святое крещение. Про святую Бригиту тоже часто говорят — не та самая. А толку?
Сидха между тем ушами недовольно дёрнула, вскинула мешок на плечо. И направилась по своим непостижимым делам. Кейр вздохнул — и занялся своими. В любом случае, у него теперь есть история! Да не такая, которую не грех разок рассказать у огонька, а которую внуки да правнуки выклянчивать будут, да по три раза на вечер. Зная наизусть. Всегда есть разница — говорит рассказчик "один мой знакомый видал сидху из старших", или — "везу это я саму Немайн в Кер-Мирддин".
Город встретил сидху настороженно. Тем более, что и вела она себя странно — сперва спрашивала кузницу, а потом туда не шла, всякий раз проходя мимо или сворачивая не туда. И совсем не замечала скапливающегося позади хвоста из любопытствующих. Что ей нужна кузница, никого не удивляло — кузнецы всегда были близки делам потусторонним. Да и вообще, изо всех ремесленников — самые важные, и самые загадочные. Кое-кто поспешил за лучшим мастером. Чтоб знал.
Лучшим же был Лорн ап Данхэм. Нашёлся мастер, по дневному времени, в кузне. Сперва не желал отрываться от работы.
— Ей нужно — пусть сама и приходит, — сказал обеспокоенным соседям, — Ну, фэйри. Ну, кузнец нужен. Эка невидаль. Может, в холме железо закончилось. Может, заказать чего решила. У меня, поди, работа получше холмовой.
Загнул слегка, с кем не бывает.
— Она на банши похожа, — сообщили ему, — так что как бы чего не вышло…
Тут — не выдержал. Сделал вид, что на уговоры поддался, не торопясь, доделал садовый нож, погасил горн, вышел на улицу. Вразвалку двинулся на площадь. Что между церковью и домом короля. К ней сходились главные улицы, и миновать её в своих метаниях фэйри никак не могла. И что же? Даже ждать не пришлось.