Всего за 309.9 руб. Купить полную версию
Я стал лихорадочно соображать: не сбил ли пешехода на всегда забитых тель-авивских улицах? Трупы на дороге не вспоминались, но и уверенным я себя не чувствовал. Только уголовной полиции мне не хватало! За рулем «Субару-авиа» я самостоятельно сидел третий день, права получил неделю назад, а машину мне пригнал из магазина студент, сдавший с седьмой попытки курс новейшей истории Великобритании.
Первый день за рулем? участливо спросил Бутлер.
Третий, автоматически поправил я и только после этого увидел за спиной полицейского «мазду», борт которой я оцарапал вчера, возвращаясь с работы.
Чувствуется, сказал комиссар. Когда я впервые сел за руль, то от волнения сразу въехал в столб, а столб, заметьте, стоял посреди чистого поля, где я решил потренироваться в вождении.
Похоже, полицейский не собирался меня арестовывать. Может, удастся отвертеться?
Если я не ошибаюсь, не унимался полицейский, вас зовут Павел Амнуэль, и вы живете в десятой квартире. Не возражаете, если я приглашу вас на чашку кофе?
Предложение было настолько неожиданным, что я автоматически ответил:
Да, комиссар.
Какой кофе подают в полиции? Растворимый? Эспрессо? Или по-турецки?
Бутлер повернулся и пошел к дому похоже, он пригласил меня выпить кофе в моей же квартире. Это было, конечно, оригинально, но требовало некоторой подготовки: Рина наверняка придет в замешательство, увидев меня в сопровождении комиссара полиции.
Я живу этажом ниже вас, бросил Бутлер через плечо. Вы снимаете квартиру или купили?
Купил, сказал я, чувствуя себя все более глупо. Мы переехали месяц назад, и я никого из жильцов еще не знаю. А вы
Я здесь живу третий год, сказал Бутлер, открывая передо мной дверь лифта. Я и моя жена Лея, сейчас я вас познакомлю. У нас есть еще дочь Ора, но она замужем и живет в Ариэле.
А у меня сын, сообщил я. Сейчас он в армии.
Лифт остановился на шестом, и мы вышли.
***
На журнальном столике стоял кипящий кофейник настоящий, только что снятый с огня, а не электрическая безделка. Мы с комиссаром сидели в глубоких креслах, разглядывали друг друга в упор, не скрывали взглядов и странное дело! получали от этого удовольствие.
Когда я бросил взгляд на часы, оказалось, что говорим мы уже около двух часов, и количество тем, затронутых в беседе, перевалило за второй десяток.
Было очень приятно, сказал я. Поднимитесь вечером ко мне, и мы продолжим знакомство.
Непременно, согласился Роман. Только не сегодня, мне через два часа на дежурство. Но завтра ждите в гости.
Дежурства, спросил я, стоя в дверях, беспокойные? Я имею в виду часто ли случаются э-э уголовные преступления?
Хватает, неопределенно отозвался комиссар. В основном, рутина, но бывают интересные случаи, требующие хорошей работы этого
Бутлер постучал себя по макушке и по взгляду моему понял, что при очередной встрече я непременно попрошу рассказать хотя бы одну историю из практики.
До завтра, сказал Бутлер, и мы понимающе кивнули друг другу.
***
Так я познакомился с Бутлером, комиссаром уголовной полиции. Наши субботние посиделки за чашкой кофе скоро стали традицией. Роман не любил, как он говорил, «высовываться» рассказывать, как раскрывает преступления. Будь у Романа другой характер, я мог бы выполнять роль доктора Ватсона или капитана Гастингса. На деле же мне с трудом удавалось разговорить Романа настолько, чтобы услышать чуть больше, чем я мог прочитать в интернете. Не то чтобы Роман не доверял мне служебные тайны, просто ему казалось, что расследование процесс достаточно занудный и интересный только в сочинениях Кристи, Гарднера или Стаута.
О деле Кацора Роман рассказывал мне несколько вечеров, из чего не следует, что он все это время не закрывал рта. Скорее наоборот, подробности мне приходилось выпытывать с помощью методов, используемых самим Бутлером во время допросов.
***
В прошлом году Шай Кацор был избран заместителем генерального директора экспортно-импортной фирмы «Природные продукты». Он считался человеком жестким во всяком случае, когда журналисты спрашивали его, как он обычно разговаривает с конкурентами, Кацор отвечал, вздернув квадратный подбородок:
Условия ставим мы. Фирма достаточно сильна, чтобы заставлять конкурентов плясали под нашу дудку.