Всего за 199 руб. Купить полную версию
Зачем же создавать новые законы? Они нужны для обеспечения жизни нового стереотипа поведения, чтобы люди (народы, государства) не исчезли с исторической сцены жизни чтобы их не завоевали, не ограбили, не рассеяли, не уничтожили. Таким законом для монголов стала Яса. Она не оставалась неизменной, она расширялась и дополнялась. В 1218 году перед войной с Хорезмом и в 1225 году перед завоеванием Тангутского царства. Впоследствии она также дополнялась, но, что беспрецедентно, ни одна статья, принятая ранее , в будущем отменена не была. А это может говорить о некотором совершенстве. Она и до сих пор не умерла, у многих народов в России и в азиатских государствах она трансформировалась в обычаи, привычки, народные мировоззрения. Почему же современные законы не живут так долго? Может быть потому, что их принимают люди, не умеющие этого делать, корыстолюбивые люди, руководствующиеся своими сиюминутными выгодами и потребностями и не умеющими заглядывать хотя бы на шаг вперед. Не так было при принятии Ясы. Когда устанавливались основные правила и наказания к ним, и когда редакция Ясы была окончена, Чингизхан велел вырезать их на стальных досках, и сделал кодексом для своей нации.
В поздних монгольских источниках есть указание на то, что Яса Чингизхана состояла из 35 статей, Позднее в нее были добавлены Билики (изречения самого Чингизхана, постановления , мысли и решения по поводу различных конкретных случаев и общего характера). Собранный таким образом документ и получил название Великая Книга Ясы Чингизхана.
Собственно Яса явилась как свод положительных законов для военной службы и гражданской жизни населения империи, с установлением соответствующих как за их неисполнение, так и меры поведения в повседневной жизни. Яса устанавливает строгий контроль над семейной и домашней жизнью, включает в себя и наследственное право. Она предписывает милосердие к нищим, терпимость и уважение ко всем вероисповеданиям, почтение к духовным лицам и старшим, взаимоотношения по службе. Устанавливает довольно жестокие наказания за кражу, воровство, лжесвидетельство, убийство, измену, прелюбодеяние, поддержку третьими лицом спорящих или борющихся.
Эффект действия нового законодательства был огромен. Железная дисциплина в армии, позволила ей в короткие сроки завоевать, удерживать и поддерживать порядок на огромной территории. Плано Карпини католический монах путешествовавший по Монгольской империи отмечал, что « между ними (монголами) не было ссор, убийств и драк; друг к другу они относились дружески, и потому тяжбы между ними заводились редко, жены их были целомудренны; грабежи и воровство среди них неизвестны». Так описывал их человек сторонний, европеец. И это описание действия закона на людей дорогого стоит.
Принятый закон, по сравнению с современными законодательствами не был теоретическим и не действовал избирательно к бедным или богатым, властьимущим или рядовым жителям он был для всех. Яса стала силой; люди, живущие под ней и люди призванные к ее исполнению заставили считаться с нею всех и простолюдинов и богачей. Гений Чингизхана достиг этого строгостью, невзирая на чины и заслуги, и умением выбирать людей, годных для такого рода деятельности. Законность пускает в народе корни лишь тогда, когда народ видит, что закон обязателен для всех различий по рангам, положению, богатству просто нет и существование таких различий просто невозможно. А мы все удивляемся, почему в современных обществах преступления совершают все слои населения и почему многим это сходит с рук.
Надо отдать должное Чингизхану и его сподвижникам, занимающих очень высокие положения в империи и представляющие собой живое воплощение безусловного подчинения изданными ими самими законами. Такой пример, подаваемый самим ханом, оказывал благотворное влияние на нравы как всей административной системы империи, так способствовало и воспитанию народа в духе строгой законности.
Впоследствии подполковник Рэнк сказал об этом так: «Этот не умевший ни читать, ни писать деспот, исповедовал культ писаного закона. Не было государя, который соблюдал бы более добросовестно договор, заключенный между ним и государством. Среди самых ужасных депрессий, к которым он прибегал, его самые заклятые враги не могли указать ни на малейший каприз с его стороны». И это правда.
Вот как описывает Джувайни поступки главного блюстителя Ясы Чагатая: «Свое окружение и подчиненных он так сдерживал страхом Ясы и своею расправою за ее нарушение, что в его правлении кто бы не проезжал поблизости от его войска, не нуждался ни в авангарде, ни в конвое и, образно говоря, если бы какая либо женщина поставила себе на голову поднос золота и пошла бы одна, она бы ничего не боялась».