Всего за 488 руб. Купить полную версию
Первым предугадал её перспективы Карлтон из «Ежедневной рассылки». Скользнув скорым взглядом по шеренге понурых мужчин и женщин, выстроившихся вдоль стены темного коридора при входе, он выделил её. И щелчком пальцев подал сигнал следовать за ним. Шествуя перед ней к себе в комнату, он указал на стул и оставил её сидеть там три четверти часа, пока вёл дебаты с вереницей подчинённых, управляющих и редакторов отделов, которые входили и выходили один за другим, очевидно в заранее оговорённом порядке. Все они тараторили, ни единым словом не отклоняясь от темы, отчего у неё создалось впечатление, что их речи были также заранее отрепетированы.
Сам Карлтон ни разу их не прервал. Могло показаться, что он и не слушает, настолько он выглядел поглощённым кипой писем и телеграмм, ожидавших его на рабочем столе. Когда они замолкали, он задавал им вопросы, причём его внимание по-прежнему было явно сконцентрировано на бумаге в руке. Затем, впервые подняв глаза, он выстреливал короткие инструкции, совсем в тоне эдакого главнокомандующего, отдающего приказы о немедленной атаке, и резко возвращался к своей корреспонденции. Когда последний, как оказалось, посетитель закрыл за собой дверь, он развернулся в кресле и посмотрел на неё.
Чем вы до сих пор занимались? спросил он.
Напрасно тратила время и деньги, торча в газетных кабинетах и слушая дурацкие разговоры старых придурков, ответила она.
А узнав, что респектабельная журналистика безполезна для ума, вы пришли ко мне, поинтересовался он. Что, как вам кажется, вы умеете?
Всё, для чего могут пригодиться перо и чернила, сказала она.
Брать интервью? предположил он.
Всегда считалось, что у меня получается задавать неловкие вопросы, заверила она его.
Он взглянул на часы.
Даю вам пять минут, сказал он. Проинтервьюируйте меня.
Она пересела на стул за его столом и, открыв сумочку, достала блокнот.
Каковы ваши принципы? спросила она. Они вообще у вас есть?
Он внимательно посмотрел на неё через стол.
Я имею в виду, продолжала она, с каким из фундаментальных правил поведения вы связываете свой успех?
Она подалась вперёд, вглядываясь в его глаза.
Только не говорите, не унималась она, будто у вас их нет. И будто жизнь есть лишь обычный слепой шанс. Подумайте о тех юношах, которые опираются на ваш ответ. Разве вы не поделитесь с ними откровением?
Поделюсь, задумчиво ответил он. Весь фокус в вашей детской мордашке. При обычных обстоятельствах я бы понял, что вы водите меня за нос, и указал вам на дверь. Я же на мгновение почти ощутил желание ответить вам какой-нибудь идиотской банальностью, которая бы подняла меня на смех в глазах всей Флит-стрит17. Почему вас интересуют мои «принципы»?
Вообще-то они меня не интересуют, пояснила она. Но это именно то, о чём люди говорят, когда обсуждают вас.
И что же они говорят? потребовал он ответа.
О ваших друзьях, которых у вас никогда не было. И о ваших врагах, что они вечно последние, проинформировала она его.
Вы годитесь, рассмеялся он. Для девяти из десяти подобная речь угробила бы ваши шансы. Вы распознали меня с первого взгляда и поняли, что это будет интересно только мне. Ваша интуиция вас не обманула, добавил он. Как говорится: всегда следуйте ей.
Там же и тогда же он дал ей поручение провести разговор по душам с джентльменом, которого редактор отдела «домашних новостей» «Ежедневной рассылки» назвал бы «ведущим литературным светилом» и который только что изобрёл новый мир в двух томах. Она задавала ему детские вопросы и слушала с широко распахнутыми глазами, пока он, сидя напротив и доброжелательно улыбаясь, обнажал перед ней все внешние хитросплетения творчества и объяснял доходчивым языком необходимость тех изменений и улучшений, которые он надеялся привнести в человеческую натуру. Когда на следующее утро он прочёл в холодной печати то, что наговорил, у него наверняка волосы встали дыбом. Распространяться перед восхищённым взглядом невинной простоты и обращаться к охочему до веселья уху чёрствой публики не одно и то же. Ему следовало об этом подумать.
Впоследствии его успокоило то, что он пал не единственной жертвой. «Ежедневная рассылка» стала славиться пикантными интервью. Особенно с пожилыми знаменитостями мужского рода.