Всего за 0.01 руб. Купить полную версию
Соболезную, кивнул альпинист, проследив его взгляд. Не меняя скорбную мину, он спихнул Плашкина вниз и тот начал плавный спуск к земле.
Блин, ну вы чо! разочарованно пискнул один из юных блогеров, запоздало догадавшись, что кровавая трагедия в прямом эфире отменяется.
О! заметил их присутствие альпинист. Местные папарацци! Ну-ка домой! Там «Лунтик» в самом разгаре, а тут у нас формат +18. Рано вам такое.
Ой, да ладно! оскалился тот что был с камерой. Нам уже по восемнадцать, и мы студенты!
Студенты? Половозрелые самцы в полном расцвете гормонов и мозгов? Это в корне меняет дело! торжественно отозвался альпинист, отстегивая страховочный пояс. Крякнув, он встал на свою площадку ногами, расстегнул ширинку Тогда начинаем шоу!
Эй, ты что заду
Вуааааля! Девочки, давайте хором: «Мать-моржиха, дай дождя»! Да пройдет золотой дождь!
Вопль юного видеоблогера перешел в бессвязный мат, к нему нестройным хором подключились и его друзья, ибо альпинист ничтоже сумняшеся направил на них мощную струю мочи благо висел в полутора метрах в стороне и немного выше их балкона. Оплевываясь, матерясь и отряхиваясь, троица бросилась прятаться в комнату.
Альпинист спустился на землю, сдёрнул с себя амуницию и подошёл к сидящему перед обломками камеры редактору.
Дорогая, небось? участливо спросил небесный шоумен. Плашкин кивнул.
Один объектив чего стоит. От него только обломки. И у тушки матрицу в хлам.
Потом опомнился, вскочил, принялся жать руку своему спасителю.
Да что там камера! Если бы не вы! Я бы Спасибо! Спасибо!
Да ничего особого. Что мне там, пялиться на тебя что ли было. скромно усмехнулся альпинист.
Деньги? Давайте я вам в знак благодарности
Обижаешь! Я что, барыга базарный, за спасение деньгами брать? Хватит и простого «спасибо»!
А если «спасибо» и коньяк? опытный редактор знал, чем уважить человека труда. Вопрос попал в цель. Альпинист благостно улыбнулся.
Смекаешь!
Вот и отлично, я завтра тогда сразу после планерки к тебе сюда заеду, коньяк подвезу. Самый лучший!
Сюда заедешь? недоуменно оглянулся альпинист. А нахху зачем именно сюда? Я сейчас дыру заделаю на третьем этаже и всё, ищи-свищи меня. И тут из всех достопримечательностей будут лишь три малолетних обтекателя ссаниной при модной видеокамере. Эх, как они удачно подвернулись, я ж с утра пива дёрнул в виде опохмела, думал, пора подгузники надевать. Там-то на высоте сходить некуда. Только в форточку разве кому.
Так куда приехать? Где у вас база?
Да нигде, собственно, пожал плечами альпинист. Сегодня здесь, завтра там. Дай лучше свой адресок, и я заскочу, как буду свободен. А? Ты где работаешь?
Я редактор газеты «Городская жизнь», гордо поведал Плашкин. Меня зовут Виктор Петрович Плашкин, слыхал, может быть? Редакция у меня по адресу
Газетчик? уточнил альпинист. Бюджетник что ли? Э, ну тогда какие с тебя коньяки, уважаемый, вы там и так с хлеба на жаренные факты от голода перебиваетесь.
С чего ты взял, что мы нищие? Да и не бюджетники вовсе! возмутился Витя. У нас частная газета, рекламы много, денег зарабатываем прилично. Владелец издания Сергей Фаддеевич Кулик нас не обижает. Кстати, он как раз в этом доме живет! Вот было бы радости ему с утра выйти на работу и обнаружить мое тело на асфальте В общем, прекрасный собственник. Всё платит в срок, иногда и премии солидные выделяет.
Ну да, похоже так и есть, согласился альпинист, глянув на останки полноформатной камеры. Видимо, он смутно разбирался в моделях. Хотя бы на уровне их цен, и понимал, что стоит такая примерно, как средней паршивости иномарка. Как, говоришь, твоего хозяина зовут? Кулек?
Не хозяина, а собственника издания, в котором я работаю, аккуратно подчеркнул Плашкин. А фамилия его Кулик. Довольно известный в городе человек.
Ясно. Ну тогда до завтра. Завтра я к тебе приеду. Хорошо?
Хорошо. Вот мой телефон на визитке. Звони, я всегда буду рад!
2. На планерке.
Планерка в газете «Городская жизнь» была в самом разгаре. То есть, уже половина собравшихся мерно клевала носом. Вторая всячески изображала внимание, но мысленно была солидарна с первой.
По старой доброй традиции сначала речь вела главный редактор Инна Рейнгольдовна Кольберг, седовласая старушка в очках, чья толщина стекол напоминала иллюминаторы. Вот и смотрела она своими маленькими голубыми глазками на мир вокруг, как на нечто удивительное и тайное. Будто ее погрузили в Марианскую впадину в батискафе.