Всего за 20 руб. Купить полную версию
Я не смогу Женя задумчиво вытерла о фартук ладони и убрала их за спину.
Да ты что, Жень? Чего накуксилась? Я же просто купил, тебе же скучно говорят, нормальный недоуменно пожимая плечами, он прошел на кухню, а она, наконец, решившись а больше от того, что он не смотрит, взяла коробку и тихонечко потрясла, вслушиваясь в недолговечный шорох, Странно Подарок купил просто
«Может быть, это какой-то вызов? Справлюсь ли я? И если я не справлюсь с этим, то с чем я вообще смогу справиться? Не знаю» она прикоснулась кончиками пальцев к тому месту, где показывал он, и решила попробовать.
«Собирая этот рисунок, я буду словно заново собирать себя, по осколкам находя ту внутреннюю красоту, о которой совсем забыла из этой кучи цветных картонок нужно построить мир, вспоминая все самое хорошее»
С утра Женя села за паззл. Это выглядело как несложная головоломка, однако деталей было целых четыре тысячи, и все они были перепутаны. Рисунок, который предстояло собрать, на крышке смотрелся омерзительно нечетко, принадлежал перу какого-то Джевана, где на фоне леса и сереющего рядом замка чернела дорога с двумя мелкими фигурками неясно, чьими, но по странному капризу, Женю это только вдохновило.
«Это моя жизнь», показалось ей, когда левая часть паззла воплотилась в поле вечерних цветов, убегающих в сторону редкого леса, сразу за которым начиналось почти ночное небо. «А замок такой же прочный и странный, как он», думала она, когда собирала правую половину. Женя на миг задумалась, откуда в ее мире вдруг взяться ему, потом решила, что он и так взялся ниоткуда, а значит, тоже является частью этого ее мира. Она ощутила себя чуточку ведьмой, которая вот сейчас предсказывает не ей, а какой-то другой Женьке ее судьбу: «Пускай, мне так захотелось, так будет увлекательнее».
Почему-то именно правая часть захватывала ее больше, да и собиралась быстрее: «Боже, неужели я знаю его лучше, чем знаю себя?!» поразилась она, когда замок окончательно собрался и на две трети превзошел по размерам противоположную половинку рисунка. Из рубленых кирпичей вырастало фантастически мрачное здание, основательно вросшее в землю грубыми зубами камней. Меж ними горело всего несколько окон, в остальных будто обитали приведения. А над темно-синей крышей яростно пылал закат.
«Изо дня в день, из года в год я встречаю его с работы и замечаю, что его взгляд угасает становится чуть более застывшим и будто застекляневшим чуть более усталым и отрешенным Он смеется и говорит, что остепеняется, что так выглядят все заматеревшие мужики, но я в это не верю мне достаточно посмотреть на то, как он ест или мешает ложечкой чай, и вспомнить, как он делал это раньше вчера или год назад И все равно он меня любит»
Выкладывая сверху узенькую полосу неба, связывающую половинки, Женя улыбалась: облака на картине двумя лентами тянулись друг к другу как руки, слева ночь пыталась потрогать закат, справа закат впитывал ночь и от этого становился еще ярче.
«Да. Паззлы очень необычная вещь» кивала она самой себе, и каждый день, проводив мужа на работу, садилась за рисунок.
«Однажды вечером я сидела дома, а он ходил в магазин и надолго пропал. Потом сказал, что встретил друзей, и они выпили по баночке пива вспомнили прошлые времена такими точно были его слова. Подумалось А с какой стати он вспоминает свое прошлое и ведет себя так, словно оно никуда и не уходило, а она вынуждена как собака сторожить дом и только по телефону общаться с подругами, подобно ей запертыми в домах ревнивыми друзьями мужа и придирчивыми соседскими языками?..»
Воспоминания заставляли иногда вздрагивать, и паззл выпадал из пальцев, волшебным образом указывая на свое место в картине
Потом Женька откладывала головоломку в сторону, кипятила на кухне воду, чистила картошку или перебирала крупу готовила ужин, но мысленно возвращалась к паззлам
Приходил с работы он, часто, а затем и вовсе неизменно приносил с собой пиво, ел, перечитывал и перечеркивал какие-то свои отчеты, изредка ругая начальство и соря своими шутками, половину из которых Женя не понимала, но вежливо смеялась под его взором. Скоро наступала ночь, они шли спать и спали до утра. А утром он уходил на работу, а она снова садилась и перебирала цветную мозаику
От самых женькиных колен тянулась в сторону замка узенькая каменистая тропинка, разделяющая рисунок надвое на осязаемо неподвижный пруд и на чуть склоненные верховым ветром венчики полевых цветков. «Почему ветер не попадает на пруд?» поражалась, но все же находила ответ: «Потому, что тогда замок отразился бы в нем с искажением", «Это как бы разные времена на одной половинке ветер есть, а до другой он еще не дошел»