Всего за 154.9 руб. Купить полную версию
Буря в Петергофе[11]
С вершин деревьев
Водопадом льётся поток жёлтых листьев.
Люди и голуби ищут приюта.
Ветер метёт-подметает дочиста
Каждый булыжник мостовой
Ещё со времён императора Петра.
Такая чистота здесь, у корней
Каждой травинки.
Малиновый звон срывается
С вершины колокольни
И опускается на лиственный ковёр
Вокруг памятника.
Распахивается окно дворца
Императрица Екатерина
Высоко держит скипетр,
Улыбается, успокаивая подданных.
Она всегда властна и притягательна.
«Властна и притягательна»,
Невольно повторяю эту фразу вполголоса,
Переводя взгляд то на ряды берёз,
То на белые и зелёные хризантемы,
Склонившиеся к земле.
Из Петропавловской крепости
После выстрела пушки в двенадцать часов[12]
Открывается небо другое.
Голуби пролетают сквозь дым орудий,
Перемещается галька, меняя положение.
Вглядываемся, подняв глаза,
На призывный звук колокола.
Ждём, когда апостол Пётр сотворит чудо.
Запоздало-грустные цветы сирени,
Алые гроздья рябины на согнутых
Под тяжестью ветках.
Перед монетным двором
Тюремные камеры.
Люди группами молча заходят внутрь.
На золотом троне неподвижно застыл
Император Пётр.
Ветер, кружась, поднимается
С Невы к вершинам башни,
Кронам дубов, макушкам берёз.
Я аккуратно кладу каждый поднятый листик
В неисчерпаемую сокровищницу земли.
Осенние дни в России
I
Стайка воробьёв сидит на траве
У безмолвного озера.
Ветер устремляется вверх в кроны деревьев,
Одно за другим расшвыривая золотые мониста.
Солнечный свет, словно свечной воск,
Освещает колокольни,
Дворцы, фонтаны,
Юных девушек, идущих от Третьяковской галереи,
Лилово-синее небо.
Останавливаюсь возле огненно-красного клёна,
Подбираю на память листок.
II
В гостях в квартире учительницы Татьяны Ивановны
Мы пьём вино, едим хлеб и борщ.
Татьяна Ивановна открывает страницу дневника,
Где запись, сделанная мамой в день её рождения отцу:
«Родной мой Ваня, я в порядке, хотя ещё слаба»
Фотопортрет отца, работавшего некогда в органах,
Фото мужа-учёного их никого уже нет.
И всё теперь по-другому!
Только ветер приносит знакомый запах берёзовой листвы,
Овевая икону на книжной полке из сосны.
Выходим вместе на балкон и фотографируемся против света,
Фиксируя дорогу с множеством поворотов,
Зелёные, красные яблоки,
Осыпающиеся на вечерней заре.
III
Там, на небе,
Великий поэт Пушкин
Держит за руку Натали[13]
И смотрит на Россию
И мир.
Каждая строка поэта
Это ключ,
Открывающий осень.
Я произношу название
Одного из его стихотворений.
Две опоры моста,
Две створки двери,
Две каменные глыбы,
Два только что распустившихся цветка
Слежу за парой рыжих белок,
Ловко взбирающихся по клёну.
Пушкин и Натали,
Приближаясь, опускаются ниже
Ближе к Казанскому собору,
Ближе к Царскому Селу[14].
Лебеди, опьянённые страстью,
Попарно плавают в озере.
Голуби, вороны и вороны,
Опустив вытянутые лапы,
Не хотят покидать поверхность земли.
В парке «Царицыно»[15]
Ворона, каркнув,
Взлетела на клён
И съёжилась, будто кто-то исподтишка
В неё выстрелил.
Каждая пуля разрывает в клочья пелену тумана
И вонзается в землю.
Тёплые имена друзей:
Коля, Рита, Маша, Вова, Ольга,
Оля, Лилия.
Необозримые поля дикого тростника!
И столько смертей!
Войны, терроризм, разборки
Нет больше вражды.
Колышется тростник!
Парк в выходной день.
Молодые супруги, увлечённые беседой.
В колыбели сладко спит младенец,
Чмокая, словно сосёт сосок.