Всего за 109 руб. Купить полную версию
И Волга нашей кровью облилась,
И каждый насмерть должен биться,
И погибали, не простясь.
Исход боёв решал солдат умелец,
В кровавой схватке с бешеным врагом,
Но кто был тот красноармеец,
Герой забыт историей потом.
Здесь первыми стояли добровольцы,
Штрафник из ссылок сталинских и лагерей,
Не коммунисты и не комсомольцы,
А жертвы сталинских властей.
Им Сталин дал, как гладиаторам, почётно
Возможность с честью умереть,
И воевали штрафники охотно,
Чтобы с себя и с Родины позор стереть.
Ушли вперёд советские пехоты,
В Берлине завершили свой поход,
Чеканя шаг, прошли парадом роты,
Война в истории горящий эпизод.
Не может мира быть с фашистом,
Он ненавидит человечество людей,
Их фюрер был авантюристом,
Его идеология инстинкт зверей.
Но в чём же героизм был советского народа,
Победа это да, само собой,
Но главное мы не злобливая и гордая порода,
В беде сплотились, стали непреступною стеной.
Мы все едины были в горе,
Татарин, русский и грузин,
И коммунист, и ЗЭК в неволе
Земли советский гражданин.
И не за Сталина за Родину и Отечество сражались,
Шел лётчик-смертник на таран,
Враги отчаянных боялись,
Огонь души от Бога дан,
Другое время, радости и беды,
Ушли те люди на покой,
Пельмени и горчица в праздник на обеды,
Теперь другой стал времени судьёй.
Но как поймёт он наше время,
Ведь правда есть у каждого своя,
Вперёд, друзья, и ноги в стремя,
Ищите истину, ведь истина единственна одна.
2000
***
Попали в плен, но и в плену не сдались
Внезапная война, год сорок первый.
Окружены Советские войска,
Стреляют, убивают, на пределе нервы,
Течёт кровавая река.
Стоят, разбиты эшелоны,
Голодные солдаты, пищи нет и нет воды,
Закончились снаряды, нет патронов,
Обстрел со стороны орды.
Приказ Главкома насмерть биться,
Стоять, стоять, ни вспять назад,
Кто струсил, отступил, боится,
Тех перед строем расстрелять.
Преступный был приказ Главкома,
Генсек товарищ Сталин суть не понимал,
Ведь есть приём и против лома,
Но Сталин в мыслях опоздал.
Коль проиграли сели в лужу,
Ищи ошибки, промахи свои,
Маневр тактический был нужен,
Отход и арьергардные умелые бои.
Вот так бездарно красноармейцы по приказу гибли,
Полуживых погнали пешим строём в плен,
А раненых безжалостно добили,
И комиссаров, коммунистов расстреляли возле стен.
Кто виноват, выходит Сталин,
Обученную кадровую Армию убил.
Самонадеянность, идиотизм голову вскружили,
Своей России снова навредил.
Пусть говорят, что красноармейцы сдались,
Они не сдались, а попали в плен,
Все, кто живой, сопротивлялись,
Две третьих пленных успокоил тлен.
Лишь треть полуживых в живых остались,
И выжили назло врагу,
Согласие служить врагу не дали