Всего за 199 руб. Купить полную версию
Елена, конечно, не сможете, если его так криво пошили! Я видела товар в магазине, это же просто ни в какие ворота!
Вы хотите сказать, это мы шить не умеем! наверное, в первый раз самообладание Елены подвело свою хозяйку. Да мы восемь лет одни из лучших на этом рынке! И Вы хотите сказать, что это наша вина!?
Разговор происходил почти на повышенных тонах. Светлана пыталась объяснить Елене технические тонкости и нюансы, давно для себя поняв, что на фабрике творится полный бардак в технической документации. У неё даже были подозрения, что многие специалисты фабрики просто не умеют грамотно читать техническую документацию. К тому же, она была уверена в своей работе и в работе своего подразделения, она лично проверяла работу каждого специалиста и конечный результат работы всего подразделения.
Елена была сильно разозлена. Да и Светлана, ещё не подумав, точнее, подумав из благих побуждений, предложила передать часть пошива на другую фабрику, мол, там проблем не возникнет, чем ещё больше возбудила самолюбие Елены.
И почему Вы считаете, что там проблем не возникнет? прищурив и так тяжёлый взгляд, спросила Елена.
Когда я с ними работала, у них за всё время сотрудничества не возникало столько вопросов и проблем. А если и возникали, то к каким-то незначительным техническим аспектам. Они прекрасно читали нашу документацию.
С того момента генеральный директор, если так можно выразиться, затаила праведный гнев. Возможно, Елена заподозрила Светлану в корыстном умысле. Возможно, в непрофессионализме или в сложности характера. Но в любом случае с того момента пространство завибрировало, и не только вокруг Светланы.
Но трудности проявлялись и внутри подразделении Светланы. На общем фоне конфликта с фабрикой в подразделении стала процветать халатность и дедовщина, под сомнение ставился профессионализм руководителя. Легче всего обвинять во всём руководителя. И Светлана грубо взяла всё в свои руки. Она навязала, можно сказать, тоталитарный режим. Она стала проверять работу каждого специалиста в отдельности, вникала во все тонкости и подробности. Если было надо, она обучала своих подчинённых, можно сказать, в приказном тоне. Она запретила любые разговоры по личному телефону в рабочее время и в рабочем помещении, и если даже к какому-то специалисту звонили с фабрики, она требовала говорить только по рабочему телефону. Светлана завела себе помощницу, и все звонки проходили через неё. Помощница должна была записывать всю информацию на бумаге, прежде чем она попадала к адресату.
У них там какая-то очередь по телефону! возмущались на фабрике, но генеральный директор не вмешивалась.
Общение с фабрикой приобрело официальный характер, только электронная переписка. Никакого базара и испорченного телефона, все конфликтные и спорные вопросы Светлана решала сама лично, но дозвониться к креативному директору можно было только через помощницу. По личному телефону Светлана общалась только с Еленой. Поначалу это всех раздражало. Но несколько жёстких словесных конфликтов с подчинёнными и с фабрикой, и понятие субординация стало становиться реальностью. Да, в этих конфликтах Светлана выходила победителем, но до понятия доминирование было ещё далеко.
Светлана работала на пределе своих сил. Она раньше всех приходила на работу и позже всех уходила. На личную жизнь времени просто не оставалось. Она требовала от всех сотрудниц соблюдать дисциплину и придерживаться профессиональной этики. Хотя и не все до конца понимали смысл этой самой этики, со временем в коллективе это всё равно стало нормой.
Правило Топа высокий уровень культуры и интеллигентности. В подразделении медленно создалась своя культура поведения. После нескольких замечаний в коллективе установился свой миропорядок. По умолчанию было принято тихо разговаривать, не мешая своим коллегам, аккуратно относиться к своему рабочему месту, поддерживать чистоту, мыть за собой посуду после обеденного перерыва, с уважением относиться к своему и чужому личному пространству. Многие стали обращаться друг к другу на Вы, но не все.
Работа подразделения стала постепенно выравниваться, что не могло не сказываться положительно и на результате. Но Светлану всё равно это не устраивало. С юных лет в психологии её поведения сильно проявлялся перфекционизм убеждение в том, что идеал может и должен быть достигнут, что несовершенный результат работы не имеет права на существование. С годами перфекционизм, можно сказать, стал философией Светланы. И сейчас она искала возможность оптимизировать свою работу и работу своих подчинённых. Это стремление было вызвано тем, что ей катастрофически не хватало времени на главную её работу, дизайн. Современный дизайн требует максимум соответствия модным тенденциям, а в высоком смысле этого призвания предугадывание и даже создание этих тенденций в будущем времени. Но Светлане приходилось жить сразу в нескольких измерениях, в работе над созданием дизайна будущих коллекций, в технической отработке предыдущих, и в организации каждодневной работы всего подразделения. Не говоря уже о том, что на неё лично как на креативного директора ложились ответственность за подборку новых материалов, утверждение цветов и качества образцов, предлагаемых поставщиками, проверку качества конечной продукции и много других невидимых для глаза непрофессионала в этой сфере аспектов. К тому же, как руководителю ей было просто необходимо заставить своих подчинённых работать с большей отдачей и коэффициентом полезного действия. Она усматривала в их работе определённого рода лень и не желание брать на себя ответственность, что не могло не сказываться на результатах работы всего подразделения.