Всего за 349 руб. Купить полную версию
Через час Иван сидел в кабинете у своего начальника и слушал директора брокерской компании.
Нам доложили, что у вас сформированы реестры предприятий, которые были вашими клиентами по РКО.
Они и сейчас наши клиенты по РКО. И по кредитованию. И по валютным контрактам, обиделась на слово «были» Генриетта Витольдовна.
Да, да, конечно. Реестры акционеров ваших действующих клиентов, продолжал директор, Четыре из них нам интересны. Мы готовы выделить средства на скупку акций у работников этих предприятий, привлечь вас к процессу выкупа и заплатить за это щедрые комиссионные. Схема в голове ПСБ получила одобрение. Вернее было бы даже сказать, что оттуда задача и пришла. Эти предприятия нужны нашим акционерам. Вы готовы участвовать в скупке?
Генриетта Витольдовна посмотрела на Ивана. Иван догадался, что она не поняла и половины из того, что сказал брокер. Кроме раздела о комиссионных, конечно же. И Иван взял на себя инициативу:
Мы готовы обзвонить всех акционеров и предложить им продать свои акции. Не лишним была бы реклама в печати и на проходных заводов. Администрация и бухгалтерия заводов должна подсказывать своим работникам, кому они могут продать акции и давать наш телефон и адрес. Выплачивать будем через кассу. Средства вы нам закидываете авансом на специальный счет. Мы их оттуда расходуем, вы по выписке контролируете. Выкупаем сначала на себя, то есть на ПСБ. Раз в месяц перебрасываем на вас то, что накопилось. По этим актам приема-передачи рассчитываем комиссию. Вы ее оплачиваете в течение 3-х дней. Вроде бы все, закончил Иван.
Комиссию хотелось бы тоже авансом, выразила пожелание Генриетта Витольдовна.
Вы не переживайте. Мы же одна структура. Заплатим вам обязательно. А в знак вашей власти над нами, разрешите вам подарить небольшой сувенир. Меня уведомили, что Вы, Генриетта Витольдовна, предпочитаете запах «Опиум». Прошу Вас, примите, пожалуйста, директор достал маленькую красную коробочку с духами. Переговоры были закончены.
Директор ушел. Витольдовна достала духи. Шикарный запах растворился по кабинету. Она закурила:
Иван, ты теперь сам и отвечай по этой сделке. Раз ты на себя инициативу взял, то тебе и на практике воплощать, легко ушла с повестки Генриетта Витольдовна.
Мне нужна будет помощь юристов. Чтобы в договорах подвоха не было, все, что смог попросить Иван.
Сейчас наберу Гульку, попрошу, чтобы тебя не посылала сразу, а выслушала и помогла, Генриетта Витольдовна сняла трубку. Трубка ответила, и Витольдовна сделала рукой вольный жест, обозначавший то, что Иван был свободен и мог идти по своим рабочим делам.
Иван вышел из кабинета. В то время он любил, когда вот так вот обстоятельства складывались в деловые поручения. Теперь это была его тема. Если бы кто-то спросил: «А кто в западном филиале ПСБ занимается скупкой акций?» То ему бы ответили: «Иван Кустов».
Кто?
Иван Кустов, это уже было имя.
Иван знал, что сейчас выручил начальницу в трудной ситуации. Что она пригласила его по своей инициативе, потому, что предчувствовала такое развитие событий. Она была опытным чиновником и умела находить бюрократический выход для своей попы из самой сложной ситуации. То, что важное дело поручили неопытному новичку, её не беспокоило вовсе. Что не входило в сферу её интересов, для нее не существовало. Она через минуту забыла об Иване. И это тоже Ивану нравилось. Это и есть истинная свобода. Когда никто и браться не хочет, все отворачиваются, а ты берешься. Результат от тебя никто не ждет. Никого не подведешь. Работай в свое удовольствие. И Иван взялся за дело.
Иван удивился, как легко организовался процесс. Несколько технических движений по открытию счета, получению аванса, размещению рекламы и люди пошли. Люди работники предприятий тяжелой и легкой промышленности, получившие свои акции в ходе приватизации. Отдавшие всю жизнь и все свои силы работе на своих заводах и фабриках, они были вынуждены продавать то, что еще можно было продать. Их изматывали задержки заработной платы, инфляция обесценивала накопления, цены в магазинах росли. На деньги, выплачиваемые за акции, можно было решить накопившиеся семейные вопросы. Иван внимательно вчитывался в их анкетные данные. Возраст. Столько-то лет на заводе. Женат, замужем, в разводе, дети. Для многих из них продажа акций завода приравнивалась к измене родине. Они приходили в банк, доставали выписки и паспорта, и пока Иван забивал данные, они рассказывали всю свою трудовую биографию. Многие волновались так, как будто не акции продавали, а отдавали ребенка в круглосуточный интернат: